Loading...
Error

Еропейский Суд По Правам Человека

 
Автор Сообщение

radjiv Пол:Муж

07-Сен-2009 19:04

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПРАВ человека

ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ

СЛУЧАЙ ZAYTSEV И ДРУГОГО v. РОССИЯ (Приложение No. 42046/06)

РЕШЕНИЕ <*>

(Strasbourg, 25.VI.2009)


--------------------------------
<*> Это решение станет финалом в обстоятельствах установленных в Статье 44 2 Соглашения. Это может подвергнуться редакционному исправленному изданию.

В случае Zaytsev и Другого v. Россия, Европейский Суд ПРАВ человека (Первая Секция), заседание как Палата формировала:
Christos Rozakis, Президент, Nina {Vajic} <*>,
--------------------------------
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.

Anatoly Kovler, Dean Spielmann, Sverre Erik Jebens, Giorgio Malinverni, George Nicolaou, судьи, и {Soren} Nielsen, Архивариус Section, обдумав в частном 4 Июня 2009, Доставляет следующее решение, которое было принято на этой дате:
ПРОЦЕДУРА

1. Случай порождался в приложении (No. 42046/06) против Русской Федерации lodged с Судом под Статьей 34 Конвенции о Защите ПРАВ человека и Фундаментальные Свободы (" Соглашение") тремя Русскими национальными, М-р Yevgeniy Mikhaylovich Zaytsev, Мс Irina Vasilyevna Zaytseva и М-р Yaroslav Yevgenyevich Zaytsev (" претенденты"), 14 Апреля 2004.
2. Русское Правительство (" Правительство"), были представлены Мс V. Milinchuk, Прежний Представитель Русской Федерации в Европейском Суде ПРАВ человека.
3. 20 Ноября 2006 Президент Первой Секции решенной, чтобы давать уведомление о приложении в Правительство. Также было решено управлять в допустимости и достоинствах приложения в то же самое время (Статья 29 3).
4. Правительство возражало против совместного обследования допустимости и достоинств приложения. Изучив Правительственное возражение, Суд распускал это.

ФАКТЫ

Я. Обстоятельства в таком случае

5. Претенденты родились в 1950, 1959 и 1989 соответственно и живой в Ст.. Петербург. Они родственник.
6. 17 Июля 1996 первый претендент lodged действие перед Окружным Судом Nevskiy Ст.. Петербург против частной фирмы и владельца, М-р P., требуя выполнение контракта и компенсации за ущерб. Согласно Правительству, действие было lodged 30 Октября 1996.
7. Окружной Суд Nevskiy устанавливал слушанию 12 Сентября 1996 и заказывал, чтобы первый претендент обеспечивал подробное вычисление предъявленных убытков. Первый претендент подавал вычисление и скорректированные его претензии.
8. 15 Октября 1996 Окружной Суд Nevskiy откладывал обследование действия поскольку первый претендент не сопроводил предопытную процедуру для урегулирования конфликта.
9. Три дня позже первый претендент апеллировал против решения 15 Октября 1996 на Ст.. Суд Петербург City. В том же дне он lodged другое действие перед Окружным Судом Nevskiy против М-р P. ища компенсацию за ущерб и выполнение контракта. Действие было основано в том же наборе фактов как действие 17 Июля 1996.
10. 18 Ноября 1996 Ст.. Суд Петербург City upheld решение 15 Октября 1996.
11. 17 Июня 1997 Окружной Суд частично предоставлял действию 18 Октября 1996. Решение было подавлено на апелляции 1 Декабря 1997 и re-examination случая был заказан.
12. Получив файл случая, в 11 Маршах 1998 Окружной Суд Nevskiy соединял два комплекта судопроизводства относящегося к действиям претендента и указавшим слушание 3 Апреля 1998. Между Апрелем 1998 и Марш 2000 Окружной Суд устанавливал четырнадцать слушаний, из которых, согласно Правительству, три слушания в 1998, один слушая в 1999 и пять слушаний в 2000 были отложены из-за неудачи партий, чтобы посещаться. Первый претендент, доверяющийся в письмо от 15 Декабря 1998 из президента депутата Окружного Суда Nevskiy, оспоривший Правительственное утверждение, доказывая, что один слушая в 1998 был отложен из-за отсутствия партий, два были отложены поскольку председательствующий судья был включен в другое не имеющее отношения судопроизводство или был злом и остальные восемь слушаний были отложены поскольку респондент нарушился.
13. Между тем, в 12 Маршах 1999 первый претендент, кто в этом времени пожитом в городе Sestroretsk, спрашивал, чтобы Округ Выигрывал, чтобы изучать действие на его отсутствии и, чтобы обслуживать его с копией решения. Первый претендент предусматривал Суд копиями вызывать для слушаний, ни одно из которого содержал уведомлению это его присутствие прежде, чем Окружной Суд был обязательным.
14. В 28 Маршах 2000 Окружной Суд Nevskiy частично принимал действие. Первый претендент апеллировал. 14 Августа 2000 Окружной Суд откладывал судопроизводство апелляции и спрашивал, чтобы первый претендент платил судебный гонорар.
15. 5 Февраля 2001, следующих за претензией первым претендентом, Ст.. Суд Петербург City подавлял решению 14 Августа 2000 и принявших апелляцию. В том же дне Городской Суд подавлял решению 28 Маршей 2000 частично и пославшее футляр для свежий обследования.
16. 25 Апреля 2001 первый претендент снова спрашивал, чтобы Округ Nevskiy Выигрывал, чтобы рассматривать случай на его отсутствии.
17. Как это появляется из подчинения сторон, после того, как Окружной Суд получил файл случая из Ст.. Суд Петербург City, это установило первое слушание в течение 4 Маршей 2002.
18. В 4 Маршах 2002 Окружной Суд откладывал слушание. Согласно Правительству, Окружной Суд считал что первое присутствие претендента было обязательным. Они продвигать поданное, который повестки были served на сторонах, включая первого претендента, с примечанием, устанавливающим, что свое присутствие потребовалось.
19. Слушания планировались 5 Августа и 30 Сентября 2002 также были отложены из-за первого отсутствия претендента. Согласно Правительству, вызывают содержание заказа для первого присутствия претендента было served на нем своевременно. Копии вызывать настоящих первым претендентом, включая те для слушаний запланированных в течение 4 Маршей, 5 Августа и 14 Ноября 2002, не содержал уведомление, которое его присутствие было обязательным.
20. 14 Ноября 2002 Окружной Суд Nevskiy прекращал обследование действия поскольку первый претендент нарушился в слушаниях в 4 Маршах, 30 Сентября и 14 Ноября 2002 и очевидно потерял интерес в его случае.
21. Первый претендент не был извещен о решении 14 Ноября 2002. Соответственно, он пожаловался различным внутренним представителям и Верховный Суд Русской Федерации на чрезмерную длину судопроизводства в своем случае.
22. 1 Октября 2003 Ст.. Суд Петербург City, в ответ на многочисленные жалобы первым претендентом, посланным письмо, сообщающее ему, что 14 Ноября 2002 судопроизводство в его случае было прекращено из-за его неудачи посещать слушания. Городской Суд, объяснялся подробно первому претенденту различные юридические авеню он мог бы последовать если он захотел бы вызвать решению 14 Ноября 2002. Копия решения 14 Ноября 2002 не были приложены.
23. Первый претендент спрашивал, чтобы Президент Округа Nevskiy Выигрывал, чтобы обслуживать его с решением 14 Ноября 2002. Он также доказал, что он попросил Окружной Суд Nevskiy, чтобы изучать свое действие на его отсутствии и, что следовательно его отсутствие из слушаний не было интерпретировано как доказательство, которое он потерял интерес в в таком случае.
24. 23 Января 2004 Окружной Судебный Президент сообщал первого претендента, что его просьбы об обследовании его действия на его отсутствии были включены в файл случая и, что Окружной Суд отправил ему в соображение. Тем не менее, Окружной Суд считал, что первое присутствие претендента в слушаниях было совершенно необходимо и таким образом, следуя за неудачными попытками, чтобы получать его посещаемость, 14 Ноября 2002, которые он решил прекращать обследование в таком случае. Президент Окружного Суда прилагал копии решения 14 Ноября 2002.
25. В 12 Маршах 2003 Ст.. Офис Обвинителя Петербург City, в ответ на жалобы претендентом о прекращении судопроизводства, снова сообщал первого претендента процедуры чтобы вызывать решению 14 Ноября 2002.

II. Важный внутренний закон

26. Код RSFSR в Гражданской Процедуре 11 Июня 1964 (в усилии в материальном времени) при условии, что гражданские случаи должны быть подготовлены к слушанию не позднее семи дней после того, как действие было lodged с судом. Гражданские случаи должны быть изучены не позднее одного месяца после того, как подготовка для слушания была завершена (Статья 99).
27. Повестки должны быть served на сторонах и их представители в некотором отношении, что допустившее их достаточно времени, чтобы посещать слушание вовремя и подготавливать их случай. Если необходимо, стороны могли бы быть вызваны телефонным вызовом или телеграмма (Статья 106).
28. Стороны могли бы спросить, чтобы суд изучал случай на их отсутствии и, чтобы обслуживать их с копией решения. Суд мог бы решить, что присутствие стороны было обязательным на основе конкретных обстоятельств случая (Статья 157).
29. Статья 221 была установлена список земель для выпуска временного решения по прекращению судопроизводства (определение об оставлении заявления без рассмотрения), то есть, если стороны потерпевшие неудачу, чтобы использовать предварительное не-юридическое авеню решения конфликта; если действие было lodged сделанным нетрудоспособным человеком или человеком, недостающим руководства действовать; если стороны, кто не потребовал обследование случая на их отсутствии, без правильных причин, неудачных посещать два слушания и суд считал это невозможно, чтобы решать случай на основе файловых материалов случая; если истец, кто не потребовал обследование случая в его/ее отсутствие, потерпевшего неудачу, чтобы посещать два слушания и респондент не настаивал на обследовании достоинств в таком случае; и если тот же конфликт между теми же сторонами рассматривался бы перед судом.
30. Копия решения по прекращению судопроизводства должна быть послана на отсутствующую сторону не позднее трех дней после своей поставки (Статья 213).

ЗАКОН

Я. Предполагаемое нарушение Статьи 6 1 Соглашения из-за длины судопроизводства и Статьи 13 Соглашения

31. Претенденты жаловались, который длина судопроизводства была несовместимой с требованием "разумного времени" сформулированным в Статье 6 1 Соглашения, которые гласят следующее:
"В определении его гражданских прав и обязательств..., все имеют право в a... слышась в течение разумного времени [a]... суд..." Доверять в Статье 13 Соглашения, они продвигать пожаловавшемуся на то, что в России не было никакого суда на который приложение могло бы быть сделано, чтобы жаловаться на длину судопроизводства. Статья 13 гласит следующее:
"Все чьи права и свободы как изложено в [the] Соглашении нарушены, должны имело эффективное средство перед национальным руководством вопреки, что нарушение совершено лицами, действующими в официальной возможности."

A. Подчинение сторонами

32. В их наблюдениях lodged с Судом в 30 Маршах 2007 Правительство поданное, что судопроизводство в настоящем случае продолжились 30 Октября 1996, когда первый претендент имел lodged его действие с Окружным Судом, в 23 Января 2004, когда он был served, впервые, с копией решения 14 Ноября 2002. Отмечая, что хотя Суд только имеет компетенцию изучать период после 5 Могут 1998, когда Соглашение входило в усилие в отношении России, Правительство выделяло, что период изучаемый, то есть, приблизительно пять лет и восемь месяцев, был все еще чрезвычайно долго (длиной). Они понаблюдали это, несмотря на сложность случая, неудача сторон, чтобы посещаться и отсутствие конкретного старания в первой части претендента, период о чем идет речь не мог считаться разумным. Правительство принимало, что там было нарушением Статьи 6 Соглашения из-за чрезмерной длины судопроизводства в настоящем случае и нарушение Статьи 13 из-за отсутствия эффективных средств от жалоб о чрезмерной длине судопроизводства.
33. В их дальнейших наблюдениях lodged с Судом 18 Сентября 2007, тем не менее, Правительство возобновляло их позицию, доказывая, что первый претендент посодействовал в значительной степени задержкам в судопроизводстве терпя неудачу, чтобы посещать множество слушаний, таким образом оставляющих внутренние суды ответственные небольшого свыше двух лет. Кроме того, Правительство подавало, который претензия была, в любом случае, недопустимый, как судопроизводство заканчивало 14 Ноября 2002 и приложение было lodged с Судом 14 Апреля 2004. В их мнении, претенденты не подчинялись шести месячным правилам под Статьей 35 1 Соглашения.
34. Претенденты поддерживали их жалобы, настаивая, чтобы судопроизводство было неразумно длинным. Они доказали это во множестве случаев первый претендент спросил, чтобы Окружной Суд изучал действие на его отсутствии и, чтобы обслуживать его с копией решения. По крайней мере до Марша 2002 Окружной Суд принял те просьбы, обнаруживающие это возможно, чтобы изучать достоинства первого действия претендента на его отсутствии. В конкретном, претенденты ссылались на Окружное Судебное решение 28 Маршей 2000 как доказательство этого утверждения.

B. Судебная оценка

1. Допустимость

Жертва (a) статус
35. Что касается вопроса, независимо все претенденты могут посчитаться как "жертвы" в пределах значения Статьи 34 Соглашения, Суд повторяет, что должно быть достаточно прямой ссылкой между претендентом и ущерб какое он или она призывается поддерживать в результате предполагаемого нарушения для этого претендента, чтобы быть способным потребовать, чтобы он или она был жертвой нарушения одного или более из прав и свободы recognised Соглашением и Протоколами (смотри Smits и Другой v. Нидерланды (dec.), Nos. 39032/97, 39343/98, и т.п.., 3 Мая 2001).
36. Второй и третий претенденты непосредственно не поражены материалами пожаловавшимися на. Они не были ни истцами во внутреннем гражданском судопроизводстве изучаемом, ни были своими собственными "гражданскими правами и обязательствами" о котором идет речь в судопроизводстве перед компетентными внутренними судами. Суд отмечает, что жалобы перед, это имеет отношение к заявлению, что задержка в том судопроизводстве нарушившем разумное требование времени Статьи 6 и, что не было никакого эффективного средства от этого как потребовалось Статьей 13 Соглашения. Суд не рассматривает, что эти два претендента могут призваться быть жертвами нарушений тех условий когда ни одно из них не было стороной того судопроизводства (смотри O'Reilly и Другой v. Ирландия (dec.), No. 54725/00, 4 Сентября 2003). Из этого следует эта секунда и третьи претенденты не мочь призваться быть "жертвами" нарушения Статей 6 и 13 в смысле Статьи 34 Соглашения. Их жалобы под теми условиями - таким образом несовместимые ratione персоны с условиями Соглашения и должны быть распущены в соответствии с Статьей 35 4 Соглашения.
(b) Шести месячные правила
37. Суд повторяет Правительственный аргумент, который жалобы были lodged из времени, как судопроизводство заканчивало 14 Ноября 2002 и приложение только было приведено 14 Апреля 2004. В этой связи, Суд наблюдается, и это не было оспорено сторонами, что первый претендент был извещен об Окружном Судебном решении 14 Ноября 2002 где-то в Октябре 2003. Тем не менее, это было только после того, как 23 Января 2004, что, в ответ на его просьбы, он был served с письменной копией этого решения. Суд повторяет это где претендент имеет право быть served экс officio с письменной копией конечного внутреннего решения, объект и цель Статьи 35 1 Соглашения - наилучшее served считая шести месячный период как прогон с даты услуги письменного решения (смотри {Jalowiecki} v. Польша, No. 34030/07, 21, 17 Февраля 2009, v Papachelas. Греция [GC], No. 31423/96, 30, ECHR 1999-II, и Червь v. Австрия, 33, 29 Августа 1997, Сообщения Решений и Решения 1997-V). Суд отмечает, что Код RSFSR Гражданской Процедуры предусмотренной для экс officio услуги решений по прекращению судопроизводства (смотри параграф 30 выше). Первый претендент lodged его приложение с Судом 14 Апреля 2004, то есть, в пределах менее чем шесть месяцев с даты услуги решения. Это могло следовательно не сказано, что приложение было введено из времени. Правительственное возражение должно быть распущено.
Период (c), который нужно считать
38. Период, который нужно принимать во внимание начинался только на 5 Может 1998, когда Соглашение входило в усилие в отношении России. Тем не менее, в оценивающем reasonableness времени, что пройденное после эта дата, счет должен быть взят штата судопроизводства в то время. Что касается конца периода о чем идет речь, Суд, имея в виду, что Правительственное допущение было сделано в 30 Маршах 2007 (смотри параграф 32 выше), был рассматриван, что период заканчивал 23 Января 2004 когда Окружной Суд подчинялся своему уставному обязательству обслуживать первого претендента с копией решения 14 Ноября 2002 (смотри, по аналогичной аргументации, v Skorobogatova. Россия, No. 33914/02, 40, 1 Декабря 2005, с продвигать ссылки). Это таким образом продолжилось в течение приблизительно пяти лет и девять месяцев перед два уровня jurisdcition.
Вывод (d)
39. Суд следовательно отмечает, что настоящие жалобы первого претендента поднимались под Статьями 6 и 13 Соглашения не явно необоснованные в пределах значения Статьи 35 3 Соглашения и, что они не недопустимые на любых других землях. Они должны следовательно объявлены допустимым.

2. Достоинства

(a) Статья 6 1
40. Суд повторяет, который reasonableness длины судопроизводства должен быть оценен на свете обстоятельств случая и что касается следующих критериев: сложность случая, поведение претендентов и администрация и что был поставленным на карту для претендентов в конфликте (смотри, среди много других авторитетных специалистов, v Frydlender. Франция [GC], No. 30979/96, 43, ECHR 2000-VII).
41. Суд отмечает, что стороны не оспаривали, который случай был сложным. Суд не имеет причину решаться в противном случае. Тем не менее, это не может принять, который сложность случая по своей сути была достаточной, чтобы оправдывать общую длину судопроизводства.
42. Что касается первого поведения претендента, Правительство подавало, которому он посодействовал задержке в судопроизводстве терпя неудачу, чтобы посещать четырнадцать слушаний в 1998, 1999, 2000 и 2002. Суд не убежден Правительственными аргументами. В конкретном, что касается предполагаемого отсутствия первого претендента из слушаний в 1998, это наблюдает, который Правительство не ссылалось на любой источник информации на основе которой их утверждение могло бы быть проверено. Это было открытым в Правительстве, чтобы представлять копии любых решений или записей судебных слушаний в которых Окружной Суд давал причины отсрочек. Никакие такие документы не были представлены. В то же самое время, первый претендент предусматривал Суд копией письма президента депутата Окружного Суда Nevskiy, показывая, что в 1998 только одном слушании был отложен из-за первого отсутствия претендента. Остальные отсрочки были соотнесенными во внутренних судах (смотри параграф 12 выше). Суд рассматривает задержку вызванную первой неудачей претендента, чтобы посещать один слыша незначительным.
43. Суд продвигать соблюдает это благодаря Статье 157 Кода RSFSF Гражданской Процедуры первый претендент имел право на обследование его случая заочно (смотри параграф 28 выше). Как это появляется из документов представленных сторонами, в Марте 1999 он успешно воспользовался этим авеню. Нет подтверждения, и Правительство не доказывалось в противном случае, что или в 1999 или в 2000 Окружной Суд поискал обязательную посещаемость первого претендента. Кроме того, в 28 Маршах 2000 Окружной Суд давал решению в первом претенденте отсутствующая, предоставляющая часть его претензий (смотри параграфы 13 и 14 выше). Суд следовательно не принимает Правительственный аргумент, что первый претендент вызывал задержки в судопроизводство в 1999 и 2000 (смотри Skorobogatova, приведенный выше, 48).
44. Что касается первого отсутствия претендента из слушаний в 2002, Суд находит это специфический, что Правительство, доказывая, что Окружной Суд считал, что его присутствие будет необходимо, не производило копию Окружного Судебного решения на этот эффект или копии вызывать уведомления первого претендента, что его присутствие потребовалось. В то же самое время, Суд не упускает из виду то, что 25 Апреля 2001 первый претендент повторял его запрос в Окружной Суд для обследования случая на его отсутствии (смотри параграф 16 выше). Кроме того, копии вызывать для слушаний в 2002 присутствовали в Суд не нести любой признак того, что Окружной Суд отверг первый запрос претендента о in-обследовании отсутствия случая (смотри параграф 19 выше). Суд следовательно не может решить, что первый претендент содействовал продлению судопроизводства.
45. Суд наблюдает, тем не менее, что надежные периоды inactivity, для которого Правительство не подало любое удовлетворительное объяснение, соотнесенные внутренним авторитетным специалистам. Это брало Округ Выигрывать несколько месяцев, чтобы устанавливать слушания. Задержка приблизительно двух лет была вызвана Окружным Судебным отказом, чтобы принимать первую апелляцию претендента против решения 28 Маршей 2000 и передача случая между Ст.. Петербург City и суды Округа Nevskiy (смотри, что параграфы 14 - 17 выше). Кроме того, Суд находит это нажимая, который он брал Окружной Суд свыше четырнадцати месяцев, чтобы обслуживать письменной копии решения 14 Ноября 2002 на первом претенденте. В этом отношении, Суд повторяет, что Статья 6 1 Соглашения налагает на Контрактацию Указывает обязанность, чтобы организовывать их юридическую систему таким образом, чтобы их суды могут выполнить обязательство решать случаи в течение разумного времени (смотри, среди других авторитетных специалистов, {Loffler} v. Австрия, No. 30546/96, 57, 3 Октября 2000). Кроме того, были несколько короче периодов в течение которого не было никакого явного прогресса в в таком случае.
46. Суд кроме того отмечает, что поведение ответчиков было одной из причин продления судопроизводства. В Судебном мнении, внутренние авторитетные специалисты потерпевшие неудачу, чтобы предпринимать требуемый входящий заказ, чтобы гарантировать их посещаемость. Ответчики нарушали по крайней мере тринадцать случаев, которые заканчивались задержкой приблизительно пятнадцати месяцев. Нет признака того, что суд реагировал любым путем на это поведение. Соответственно, Суд рассматривает, что внутренние суды не пользовались мерами пригодными для них по национальному закону, чтобы дисциплинировать участников в судопроизводство и, чтобы гарантировать, что случай был услышан в течение разумного времени (смотри v Rybakov. Россия, No. 14983/04, 32, 22 Декабря 2005).
47. Иметь отношение на общую длину судопроизводства, Суд решает, что первый случай претендента не был изучен в течение разумного времени. Там соответственно было нарушением Статьи 6 1 Соглашения.
(b) Статья 13
48. Суд повторяет, что Статья 13 гарантирует эффективное средство перед национальным руководством для предполагаемого нарушения требования под Статьей 6 1, чтобы слышать случай в течение разумного времени (смотри {Kudla} v. Польша [GC], No. 30210/96, 156, ECHR 2000-XI). Это отмечает, что Правительство не указывало любое средство, которое могло бы ускорить определение первого случая претендента или предусмотревшего его требуемым заглаживаться для задержек, которые уже произошли (смотри v Kormacheva. Россия, No. 53084/99, 29 Января 2004, 64). Кроме того, Суд не упускает из виду Правительственное подчинение сделанное в 30 Маршах 2007, что нет эффективных внутренних средств в Русской Федерации для жалоб о чрезмерной длине судопроизводства.
49. Соответственно, Суд рассматривает это в настоящем случае имеется нарушение Статьи 13 Соглашения из-за недостатка средства по внутреннему закону, посредством чего первый претендент мог бы получить постановление, отстаивающее его право услышать его случай в течение разумного времени, как изложено в Статье 6 1 Соглашения.

II. Другие предполагаемые нарушения Соглашения

50. Вводя Статьи 1, 6, 8 и 14 Соглашения, претенденты наконец жаловались, что решение 14 Ноября 2002 было нечестным, что они различались против как семейство, что свои потребительские права остаются незащищенными, что они поддержали денежный ущерб и, что свое здоровье ухудшилось в течение судопроизводства.
51. Иметь отношение в весь материал в своем владении, и поскольку эти жалобы находятся в пределах своей компетенции, Суд находит, что эти жалобы не раскрывают любое появление нарушения прав и свобод установленные в Соглашении или Протоколах. Из этого следует эта эта часть приложения должна быть отвергнута как явно необоснованный, в соответствии с Статьей 35 3 и 4 Соглашения.

III. Приложение Статьи 41 Соглашения

52. Статья 41 Соглашения обеспечивает:
"Если Суд находит, что имеется нарушение Соглашения или Протоколы кроме того, и если внутренний закон заинтересованной Высоко Договаривающейся Стороны допускает только частичное возмещение, которое нужно быть сделано, Суд должен, если необходимо, предоставлять точное удовлетворение на поврежденную сторону."

A. Ущерб

53. Первый претендент предъявлял 40,179,063 Русских рублей (ПОТРИТЕ) что касается денежного ущерба, представляющего убытки и затраты якобы несли в результате внутреннего отказа судов, чтобы принимать его претензии, включая медицинские затраты и убыток графика земли. Он продвигать предъявившее 50,000 евро (EUR) что касается не-денежного ущерба.
54. Правительство подавало, который первые претензии претендента были чрезмерными и явно необоснованными.
55. Суд рассматривает, что первый претендент не демонстрировал, что предъявленный денежный ущерб действительно был вызван нарушением Соглашения в его случае. Следовательно, нет причины, чтобы делать наградой под этой главой.
56. Что касается требования о не-денежном ущербе, Суд принимает, что первый претендент страдал аварией, беспокойством и расстройством из-за безрассудной длины судопроизводства и недостаток эффективного средства от нарушения требования слышать его случай в течение разумного времени. Делая оценкой на справедливой основе, это награждает первого претендента EUR 2,400 что касается не-денежного ущерба, плюс любой налог, который может быть ответственным на сумме вышеуказанного.

B. Издержки и затраты

57. Первый претендент также предъявлял EUR 2,200 для издержек и затраты несли перед внутренние суды и Суд. Это включенное ТРЕТ 27,000 для его юридического представления в судопроизводстве перед внутренними судами, ТРЕТ 1,944 в затратах путешествия, ТРЕТ 2,630 в почтовых затратах и офисные поставки и EUR 1,300 для представления его интересов перед Судом.
58. Правительство подавало, который претензии были бездоказательными.
59. Согласно Судебному случаю-закону, претендент имеет право на возмещение издержек и затрат только поскольку он показан, что эти действительно и обязательно понесены и разумные как то квант. В настоящем случае, отношение имело в информации в своем владении, в конкретных копиях почтовой выручки, сертификатов и счет-фактуры, и вышеуказанных критериях, Суд считает разумным, чтобы награждать первого претендента, которое не было представлено юристом, сумма EUR 600 под этой головкой.

C. По умолчанию интерес

60. Суд рассматривает, что он присвоит, что по умолчанию интерес должен быть основан в краевом кредитовании показателя Европейского Центрального Банка, на которое должно быть добавлено три пункта.

ПО ЭТИМ СООБРАЖЕНИЯМ, СУД ЕДИНОДУШНО

1. Объявляет первым жалобам претендента относительно чрезмерной длины судопроизводства и отсутствие эффективного средства допустимая и разность приложения недопустимых;
2. Считает что имеется нарушение Статьи 6 1 Соглашения;
3. Считает что имеется нарушение Статьи 13 Соглашения;
4. Проводить (a), что Состояние респондента должно платить первого претендента, в течение трех месяцев с даты на котором решение становится конечным в соответствии с Статьей 44 2 Соглашения, следующие суммы, чтобы быть преобразованн в Русские рубли на уровне прилагаемые на дате урегулирования:
(i) EUR 2,400 (две тысячи и четыреста евро) что касается не-денежного ущерба;
(ii) EUR 600 (шестьсот евро) что касается издержек и затрат;
(iii) любой налог, который может быть ответственным на вышеуказанных суммах;
(b), что из expiry вышеупомянутых трех месяцев пока урегулирование простого интереса не должно быть оплачиваемым на вышеуказанных суммах при показателе равных краевому кредитованию показателя Европейского Центрального Банка в течение по умолчанию периода плюс три пункта;
5. Распускает разность первого требования претендента о точном удовлетворении.

Сделанным в Английском, и извещенном в письменной форме 25 Июня 2009, в соответствии с Правилами 77 2 и 3 Правил Суда.

Президент Christos ROZAKIS

{Soren} Архивариус NIELSEN


Последний раз редактировалось: radjiv (08.09.2009 13:02), всего редактировалось 3 раз(а)

radjiv Пол:Муж

07-Сен-2009 19:26

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПРАВ человека

ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ

СЛУЧАЙ KHALITOVA И ДРУГОГО v. РОССИЯ (Приложение No. 33264/04)

РЕШЕНИЕ <*>

(Strasbourg, 11.VI.2009)


--------------------------------
<*> Это решение станет финалом в обстоятельствах установленных в Статье 44 2 Соглашения. Это может подвергнуться редакционному исправленному изданию.

В случае Khalitova и Другого v. Россия, Европейский Суд ПРАВ человека (Первая Секция), заседание как Палата формировала:
Christos Rozakis, Президент, Nina {Vajic} <*>,
--------------------------------
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.

Anatoly Kovler, Elisabeth Steiner, Khanlar Hajiyev, Dean Spielmann, Sverre Erik Jebens, судьи, и {Soren} Nielsen, Архивариус Section, обдумав в частном в 19 Маях 2009, Доставляет следующее решение, которое было принято на этой дате:
ПРОЦЕДУРА

1. Случай порождался в приложении (No. 33264/04) против Русской Федерации lodged с Судом под Статьей 34 Конвенции о Защите ПРАВ человека и Фундаментальные Свободы (" Соглашение") четырьмя Русскими национальными названными ниже (" претенденты"), 7 Сентября 2004.
2. Претенденты, кто предоставили юридическую помощь, были представлены юристами Международного Центра Защиты, NGO находился в Москве. Русское Правительство (" Правительство"), были представлены Мс V. Milinchuk, Прежний Представитель Русской Федерации в Европейском Суде ПРАВ человека.
3. 1 Сентября 2005 Суд решенный, чтобы прилагать Правилам 41 Правил Суда.
4. В 26 Маршах 2007 Суд решенный, чтобы давать уведомление о приложении в Правительство. По условиям Статьи 29 3 Соглашения, решено изучать достоинства приложения в то же самое время как допустимость.
5. Правительство возражало против совместного обследования допустимости и достоинств приложения. Считая Правительственное возражение, Суд распускал это.

ФАКТЫ

Я. Обстоятельства в таком случае

6. Претенденты:
1) Мс Nebist Khalitova, родившееся в 1959;
2) Мс Zarema Almurzayeva, родившееся в 1971;
3) Мс Zalina Chapayeva, родившееся в 1982; и 4) М-р Maulat Achkhanov, родившееся в 1929.
Первый претендент живет в деревне Raduzhnoe. Вторые, третьи и четвертые претенденты живут в деревне Pobedinskoe. Две деревни расположены короткое расстояние один из другого в Округе Groznenskiy Республики Chechen.
7. Первый претендент - жена М-р Ali Uspayev и матери М-р Amir Magomedov. Второй претендент является сестрой М-р Aslan Dokayev. Aslan Dokayev Был Вступлен в брак с третьему претенденту. Четвертый претендент является отцом М-р Rustam Achkhanov.

A. Исчезновение Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov

1. Счет претендентов

(a) Amir Magomedov и Ali Uspayev
8. В ночи 18 Июля 2001 первый претендент, ее сын и муж спал в их доме в Raduzhnoe. Приблизительно около 5 a.m. около тридцати неопознанных вооруженных мужчин, носящих маскировочную униформу разрушался в это. Мужчины не идентифицировали сами. У них были Славянские характеристики и говорили на Русском без акцента.
9. Первый претендент смотрел из окна и видел вооруженных мужчин, тащащих Amir Magomedov, который имел его ноги в гипсе из-за предшествующей травмы, в ворота. Ali Uspayev Лежал на земле в дворе с его вооружением надетым наручники за его обратной стороной. Затем один из вооруженных мужчин поражают первого претендента с окурком винтовки и она потеряла сознание. Восстановив несколько минут позже, она видела, что все оставили дом.
10. Согласно ее соседям, которые свидетельствовали событиям, вооруженные мужчины загружали Amir Magomedov и Ali Uspayev в один из двух бронированных носителей персонала ("APCs") парковавшее около первого дома претендента и ездили прочь. За пределами деревни две машины были соединены к двум более APCs.
(b) Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov
11. В утре 18 Июля 2001 Rustam Achkhanov водили его автомобиль VAZ 2106. Он был сопровожден своим знакомством, Aslan Dokayev.
12. Приблизительно около 6 a.m., когда они достигли деревни Raduzhnoe, неопознанных вооруженных мужчин в четырех APCs без регистрационных номеров открывших огонь в направлении автомобиля VAZ 2106. Aslan Dokayev И Rustam Achkhanov выхоженный из автомобиля и начал работать. Вооруженные мужчины продолжили стрелять, ранившее Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov и загрузивший их в одно из APCs. Затем они брали музыкального игрока и некоторых других ценных пунктов из автомобиля VAZ 2106, лившего бензин над этим и затем установившее это в огне. Автомобиль взрывал. Четыре APCs ездили прочь.
13. Вторые, третьи и четвертые претенденты не видели их родственников, отниманных и получивших описание событий из жителей Raduzhnoe.

2. Информация поданная Правительством

14. 18 Подразделений Июля 2001 федеральных войск и Внутренние Войска Русского Министерства Интерьера выполняли специальную операцию в деревне Pobedinskoe фиксировать участников незаконных вооруженных групп и обвинять их в соответствии с законом в усилии. Военнослужащие Внутренних Войск имели право нести и использовать вооружению при обеспечении мира и приказа. Резиденты Республики Chechen были осведомлены представителями, чтобы воздерживаться от использования автомобилей или других машин вечером из-за противозаконной деятельности незаконных вооруженных групп и противо-атака федеральных войск.
15. Приблизительно около 5 a.m. 18 Июля 2001 Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov путешествовали в автомобиле VAZ 2106 в направлении деревни Pobedinskoe. В некоторой точке около моста на канальных военнослужащих Alkhanchurskiy, участвующих в кампании противо-терроризма окликнувшей автомобиль VAZ 2106. Военнослужащие предположенные, чтобы проверять тождества того путешествия в автомобиле. Rustam Achkhanov Останавливал автомобиль в пределах семьдесят метров военнослужащих; Aslan Dokayev И Rustam Achkhanov оставивший автомобиль и запустил работать. Военнослужащие сжигали предупреждая выстрелы в неопределенном положении. Два мужчины игнорировали выстрелы и непрерывный прогон в направлении домов гражданский в деревне Raduzhnoe. Aslan Dokayev И Rustam Achkhanov избежавший изображения и их местоположение не было установлено. Военнослужащие изучали автомобиль VAZ 2106 и окружающая область. Они обнаружили карманный гранатомет RPG-26 ("ручной гранатомет РПГ-26 "Муха") лежа около автомобиля и две оболочки для карманного гранатомета RPG-7 ("ручной гранатомет РПГ-7") в автомобильной загрузке.
16. Приблизительно около 5 a.m. 18 неопознанных лиц Июля 2001 в маскировочной униформе похитившей Amir Magomedov и Ali Uspayev в деревне Raduzhnoe. Местоположение двух мужчин не было установлено.

B. Поиск Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov и исследование

1. Счет претендентов

17. 18 Июля 2001, вскоре после Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov были отняты, второй претендент обнаруживал, что Amir Magomedov и Ali Uspayev похищался также. Она также была сообщена, что четыре APCs возглавили в область Solenaya Balka где 21-я бригада Русских федеральных войск (" бригада Sophrino"), было stationed. Второй претендент немедленно передавал эту информацию в военный офис командира Округа Groznenskiy, окружной отдел Groznenskiy интерьера и офис обвинителя Округа Groznenskiy (" окружной офис обвинителя"). Некоторые представители посещали штаб-квариру бригады Sophrino и были сообщены, что должностные лица не были вовлечены в отведения.
18. 18 Представителей Июля 2001 из офиса обвинителя посетившего первого претендента и спрошенного ее об обстоятельствах отведения ее сына и мужа.
19. После 18 Июля 2001 претенденты многократно обращались к различному чиновнику воплощает, в человеке и в письменной форме. В конкретном, они приложили к офисам обвинителей на других уровнях, Администрация Республики Chechen, Русская Государственная Дума и Специальный Посланник Русского Президента в Chechnya для Прав и Свобод. Претенденты удерживали копии некоторых из них жалоб и подавали им Суду. Официальные тела пересылали большинство жалоб различным офисам обвинителей для исследования.
20. 18 Июля 2001 окружной офис обвинителя учреждал исследование в убийство Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov под Статьей 105 2 Русского Уголовного Кода (усугубленное убийство). Файл случая был дан число 19109.
21. 20 Июля 2001 файл исследования в случае, если No. 19109 были пересланы военному офису обвинителя военного подразделения No. 20102 (" офис обвинителя подразделения"). Оказывается, что случай был затем назначившее число 14/33/0405-01.
22. 1 Августа 2001 второй претендент записывался в офис обвинителя Республики Chechen, описывающей подробно обстоятельства отведения Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov и требуя подсказку в устанавливающем их местоположении.
23. 2 Августа 2001 офис обвинителя подразделения вызывал второго претендента для интервью.
24. 13 Августа 2001 офис обвинителя подразделения передавал файл исследования в случае, если No. 14/33/0405-01 в военный офис обвинителя Северной Кавказской Цепи (" офис обвинителя цепи").
25. 16 Августа 2001 офис обвинителя подразделения посылал запрос во временный отдел внутренности Округа Staropromyslovskiy (" VOVD"), который устанавливал, что 18 Июля 2001 группа военнослужащих приказанных должностным лицом Федеральной Службы Безопасности (" ФСБ"), выстрелили Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov в течение попытки, чтобы избегать задержания и, что их трупы были перемещены APCs. VOVD Был Указан, чтобы проверять независимо тела Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov были среди любых неопознанных трупов.
26. 29 Ноября 2001 окружной офис обвинителя пересылал вторую и четвертую жалобы претендентов офису обвинителя подразделения.
27. 30 Ноября 2001 офис обвинителя Республики Chechen пересылал четвертую претензию претендента окружному офису обвинителя.
28. 14 Декабря 2001 офис обвинителя подразделения пересылал четвертое письмо претендента к офису обвинителя цепи, который нужно включаться в файл исследования в случае, если No. 14/33/0405-01.
29. 18 Июня 2002 офис обвинителя цепи приостанавливал исследование в случае, если No. 14/00/0019-01 для неудачи идентифицировать виновников.
30. 13 Ноября 2002 второй претендент жаловался в офис обвинителя Республики Chechen, что там не было никаким прогрессом в исследовании в случае, если No. 14/33/0405-01 и требовавшееся помощь в устанавливающем ее родственном местоположении.
31. 17 Июля 2003 окружной офис обвинителя выпускал третьего претендента с промежуточным отчетом в случае No. 19109, которые устанавливали, что исследование было открыто 18 Июля 2001 и, что 20 Июля 2001 файл исследования был передан в офис обвинителя подразделения.
32. 18 Сентября 2003 офис обвинителя подразделения сообщал третьего претендента, что файл исследования в случае, если No. 14/33/0405-01 были переданы в офис обвинителя цепи 13 Августа 2001.
33. 10 Ноября 2003 второй претендент запрашивал офис обвинителя цепи, чтобы корректировать ее в прогрессе в исследовании в случае, если No. 14/33/0405-01 и, чтобы посылать ее копию самого последнего решения.
34. 7 Февраля 2004 второй претендент снова записывался в офис обвинителя цепи, повторяющий ее запрос 10 Ноября 2003.
35. В 5 Маршах 2004 офис обвинителя цепи пересылал вторую претензию претендента военному офису обвинителя Объединенного Группового Выравнивания (" офис обвинителя UGA") и пригласившее второго претендента, чтобы посылать дальнейшим запросам в офис обвинителя UGA или офис обвинителя Республики Chechen.
36. В 8 Маршах 2004 офис обвинителя UGA пересылал второе письмо претендента к офису обвинителя Республики Chechen и упоминал, что файл исследования в случае, если No. 34/33/0405-01 были переданы в офис обвинителя Республики Chechen 19 Февраля 2003. Копия письма была послана второму претенденту.
37. В 26 Маршах 2004 офис обвинителя UGA пересылал четвертую претензию претендента офису обвинителя подразделения.
38. 26 Апреля 2004 офис обвинителя подразделения сообщал обвинителю офис Республики Chechen, что вопрос не установил, что федеральные военнослужащие были вовлечены в похищение Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov, и переславшие результаты вопроса.
39. 27 Апреля 2004 офис обвинителя Республики Chechen пересылал вторую претензию претендента окружному офису обвинителя.
40. 1 Июня 2004 второй и четвертый претенденты запрашивали окружной офис обвинителя, чтобы сообщать им прогресса в случае, если No. 34/33/0405-01 и, чтобы предоставлять им статус жертвы.
41. На неопределенной дате в Июне 2004 первая, секунда и четвертые претенденты посещали окружной офис обвинителя и были served с копией решения приостанавливать исследованию 18 Июня 2002.
42. 7 Июля 2004 офис обвинителя подразделения сообщал четвертого претендента, что файл исследования в случае, если No. 19109 были пересланы офису обвинителя цепи.
43. В письме от 7 Сентября 2004 офис обвинителя подразделения сообщал Комитет в Конституционных Правах Национальных Республики Chechen и четвертый претендент, что вопрос установил, что федеральные военнослужащие не были включены в похищение Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov и, что файл был переслан офису обвинителя Республики Chechen.
44. 30 Сентября 2004 офис обвинителя Республики Chechen сообщал второго претендента, что он указал окружной офис обвинителя, чтобы reinvigorate исследование, чтобы принимать необходимые меры, чтобы решать преступление и, чтобы изучать возможность передачи файла в военный офис обвинителя. Второй претендент был приглашен посылать дальнейшие запросы в окружной офис обвинителя.
45. 12 Октября 2004 четвертый претендент жаловался в Основной Военный Офис Обвинителя России, что там не было никаким эффективным исследованием в его порожденное исчезновение.
46. 29 Октября 2004 вторые, третьи и четвертые претенденты запрашивали офис обвинителя Республики Chechen, чтобы сообщать им какой офис обвинителя было ответственным за исследование и, чтобы сообщать о своих результатах.
47. 9 Ноября 2004 вторые, третьи и четвертые претенденты жаловались в окружной офис обвинителя и офис обвинителя Республики Chechen, которые они не были даны любая информация об исследование в их смерти родственники и запросившая, чтобы они сообщались немедленно результата исследования.
48. 9 Ноября 2004 окружной офис обвинителя пересылал файл исследования в случае, если No. 19109 в убийство Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov и похищения Amir Magomedov и Ali Uspayev в офис обвинителя Республики Chechen. Сопроводительное письмо устанавливало, что " исследование [had] устанавливало, что преступления были совершены военнослужащими военного подразделения No. 3499". Офис обвинителя Республики Chechen также был спрошен решать пересылать файл офису обвинителя UGA.
49. 31 Декабря 2004 офис обвинителя подразделения сообщал первую, секунду и четвертые претенденты это исследование в случае, если No. 14/33/04-05 D были начаться 18 Июля 2001 и, что файл исследования был переслан офису обвинителя цепи 13 Августа 2001 и не был возвращан в офис обвинителя подразделения.
50. В 31 Маршах 2005 четвертый претендент записывался в Основной Военный Офис Обвинителя России, жалующейся на отведение и исчезновение его сына и Aslan Dakayev. В ответе, 11 Апреля 2005, он был сообщен, что претензия была переслана офису обвинителя UGA.
51. Оказывается, что исследование в исчезновение и смерть родственников претендентов не завершается до настоящего времени.

2. Информация поданная Правительством

52. 18 Июля 2001 окружной офис обвинителя учреждал уголовное исследование в убийство Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov под Статьей 105 2 Русского Уголовного Кода (усугубленное убийство). Случай был назначен число 19109. Позже файл случая был передан в офис обвинителя подразделения, чтобы проверять гипотезу участия военнослужащих Внутренних Войск в преступление и назначивших число 14/33/0405-01.
53. 13 Августа 2001 случай был передан в офис обвинителя цепи и был назначен число 14/00/0019-01.
54. В Феврале 2003 случай был возвращан в окружной офис обвинителя под числом 19109 поскольку участие военнослужащих Внутренних Войск в преступлении не было доказано.
55. 3 Ноября 2004 окружной офис обвинителя учреждал уголовное исследование в Amir Magomedov и исчезновение Uspayev's Ali, следующее за их отведением неизвестными лицами под Статьей 126 2 Русского Уголовного Кода (усугубленное похищение). Случай был назначен число 34113 и затем соединенное в случай No. 19109.
56. 8 Случаев Ноября 2004 No. 19109 были переданы в соответствии с правилами юрисдикции в офис обвинителя UGA и затем принятое для обработки офисом обвинителя подразделения под числом 34/33/0405-01. На той же дате, исследование было приостановлено для неудачи идентифицировать тот ответственный.
57. 19 Января 2005 офис обвинителя подразделения подавлял решению 8 Ноября 2004 и продолживших исследование в случае, если No. 34/33/0405-01.
58. Обстоятельства в которых Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov были выстрелены по были неопределенными. Свидетели предъявляли, что Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov имел или быть раненное или убитое военнослужащими и, что их тела имели затем быть вложившее APCs. Военнослужащие, которые присутствовали на изображении инцидента запретившего заявления и установившие, что они сожгли предупреждение выстрелов в неопределенном положении, чтобы останавливать Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov, который пытался выходить из-под контроля.
59. APCs Использованное на специальной операции были изучены в ходе исследования. Никакие следы крови не были обнаружены на них.
60. Пули и кассеты обнаруженные на изображении инцидента не был сожжен из оружия военнослужащего.
61. Исследование потерпевшее неудачу, чтобы доказывать участие федеральных военнослужащих в преступлении или, чтобы устанавливать местоположение отсутствующих мужчин. Уголовное судопроизводство имело отношение к исчезновению Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov в случае, если No. 34/33/0405-01 рассматривались перед военным офисом обвинителя.
62. Несмотря на специфические запросы Судом, Правительство не раскрывало любые документы из файлов исследования в случаях Nos. 19109, 14/00/0019-01 и 34/33/0405-01, за исключением копии решения 19 Января 2005 офисом обвинителя подразделения. Они установили, что исследование осуществлялось и, что раскрытие документов должно быть в нарушении Статьи 161 Кода Уголовной Процедуры с тех пор как файлы содержали информации военной природы и персональных данных относительно свидетелей или других участников в уголовном судопроизводстве.

C. Судопроизводство против юридических-принудительных представителей

1. Счет претендентов

63. В 7 Маршах 2004 четвертый претендент lodged с Военным Судом Севера Кавказ Circuit (" окружной суд") претензия относительно исчезновения Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov и, что там не было никаким эффективным исследованием.
64. В 15 Маршах 2004 второй претендент lodged претензия с окружным судом об исчезновении Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov, также ссылавшись на безрезультатное исследование,
65. 2 Апреля 2004 окружной суд пересылал четвертую претензию претендента Военному Суду Гарнизона Grozny (" суд Grozny") для обследования в достоинствах.
66. В 6 Маях 2004 суд Grozny возвращал претензию о " решении [circuit] офиса обвинителя, чтобы приостанавливать исследование в случае, если No. 14/33/0405-01" второму претенденту из-за отсутствия юрисдикции. Объяснено, что претензия будет lodged с окружным судом общей юрисдикции.
67. 1 Июня 2004 суд Grozny сообщал четвертого претендента, что слушание его претензии должно быть подержано 4 Июня 2004.
68. 4 Июня 2004 суд Grozny, доверяющийся в правила территориальной юрисдикции, определенные пересылать четвертую претензию претендента Военному Суду Гарнизона Rostov-on-Don (" суд Rostov").
69. 8 Июля 2004 суд Rostov вызывал четвертого претендента, чтобы посещать слушанию 9 Июля 2004, чтобы разъяснять его претензии.
70. 2 Августа 2004 суд Rostov сообщал четвертого претендента, что он запросил офис обвинителя Республики Chechen, чтобы сообщать о позиции файла случая и прогресс в исследовании.
71. 30 Июля 2004 первая, секунда и четвертые претенденты lodged претензия с судом Rostov, что расследовательские авторитетные специалисты не взяли никакое действие и запрашивали, что решение приостанавливать исследованию 18 Июня 2002 подавлен.
72. 8 Сентября 2004 суд Rostov вызывал первую, секунду и четвертые претендентов, чтобы посещать слушание запланировавшееся 10 Сентября 2004.
73. 22 Ноября 2004 четвертый претендент был вызван, чтобы посещать слушание Rostov выигрывать 24 Декабря 2004. В ответе первая, секунда и четвертые претенденты согласованные, чтобы изучить случай на их отсутствии и спросить, который нужно сообщаться возможного результата слушания.

2. Правительственный счет

74. В 18 Маях 2004 суд Grozny получал претензию четвертым претендентом датировавшим 15 Маршей 2004 о решении приостанавливать исследование в похищение его сына Rustam Achkhanov. В его претензии четвертый претендент сообщал следующее. 18 Июля 2001 автомобиль в котором Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov был конным спортом был сожжен в военнослужащими в деревне Raduzhnoe. Aslan Dokayev И Rustam Achkhanov был ранен и отнятое неизвестному расположению. На той же дате военнослужащих похитил Amir Magomedov и Ali Uspayev.
75. Суд Grozny принимал претензию, запланировавшую слушание 4 Июня 2004 и известивших четвертого претендента соответственно. Последний потерпевшее неудачу, чтобы посещать слушание. 4 Июня 2004 суд Grozny был сообщен, что исследование рассматривалось перед офисом обвинителя цепи и передавшим четвертую претензию претендента в суд Rostov в соответствии с процедурными правилами.
76. 9 Июля 2004 суд Rostov принимал четвертую претензию претендента для обработки. Четвертый претендент извещался соответственно и отвеченное, который он не мог посещать слушание на конкретной дате.
77. Суд Rostov запрашивал файл случая из офиса обвинителя цепи. Было Обнаружено, что 22 Ноября 2002 Основной Военный Офис Обвинителя был заказан, чтобы передавать файл случая в офис обвинителя UGA. Следуя за дополнительным вопросом, что не доказал участие военнослужащих в похищениях 18 Июля 2001 в деревне Raduzhnoe файл случая был передан в офис обвинителя Республики Chechen 19 Февраля 2003. 27 Февраля 2003 файл случая был послан в окружной офис обвинителя. 25 Августа 2004 случай был послан в офис обвинителя Республики Chechen. 19 Ноября 2004 было передано в офис обвинителя UGA.
78. 30 Августа 2004 суд Rostov получал претензии первой, секундой и четвертыми претендентами, вызывающими решение 18 Июня 2001, чтобы приостанавливать исследование относительно их потери родственников.
79. 19 Января 2005 офис обвинителя подразделения сообщал суд Rostov следующего. 30 Сентября 2004 офис обвинителя Республики Chechen подавил решению 18 Июня 2002. 8 Ноября 2004 окружной офис обвинителя снова приостановил судопроизводство. 19 Января 2005 офис обвинителя подразделения подавил решению 8 Ноября 2004 и продолжал исследование как относительно предполагаемого убийства так и похищение 18 Июля 2001.
80. 20 Января 2005 суд Rostov изучал материалы перед это и распустившее претензию претендентов с целью это оспорившее решение уже был подавлен. 24 Января 2005 первая, секунда и четвертые претенденты были посланы копии судебного решения Rostov.
81. Решение 20 Января 2005 не были апеллированы против.

II. Важный внутренний закон

82. Для итога важного внутреннего закона, смотри Akhmadova и v Sadulayeva. Россия (No. 40464/02, 67 - 69, 10 Маев 2007).

ЗАКОН

Я. Правительственное возражение относительно не-извлечения внутренних средств

A. Подчинение партий

83. Правительство утверждало, что претензия должна быть объявлена недопустимым для не-извлечения внутренних средств. Они подали, что исследование в исчезновение Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov еще не был завершен. Они продвигать доказавшее, что претенденты не апеллировали против решения суда Rostov. Это было также открытым претендентам, чтобы жаловаться на inactivity расследователей в более высокие офисы обвинителей или на гражданские требования домика об убытках, какое они не делали.
84. Претенденты оспаривали это возражение. Они установили, что уголовное исследование оказалось безрезультатным. Посмотрите другие случаи относительно аналогичных преступлений рецензированных Судом, они предполагаемый, что существование административной практики не-исследования преступлений совершалось Государственными военнослужащими в Республике Chechen предоставившей любые потенциально эффективные средства неадекватные и иллюзорные в их случае.

B. Судебная оценка

85. Суд повторяет, что правила извлечения внутренних средств под Статьей 35 1 Соглашения обязывает претендентов, чтобы использовать сначала средства, которые - доступны и достаточные во внутренней юридической системе, чтобы позволять им, чтобы получать заглаживаться для нарушений предполагаемых. Существование средств должно быть достаточно определенным в теории и на практике, терпя неудачу какое они будут недоставать необходимой доступности и эффективности. Статья 35 1 также требует, что жалобы предположенные, которые нужно приводиться впоследствии прежде, чем Суд был сделан в подходящее внутреннее тело, по крайней мере в субстанции и в соответствии с формальными требованиями и предельные сроки сформулировали во внутреннем законе и продвигать, что любой процедурный означает, что могло предохранить нарушение Соглашения быть использован. Тем не менее, нет обязательства прибегать к помощи средства, которые - неадекватные или безрезультатные (смотри v Aksoy. Турция, 18 Декабря 1996, 51 - 52, Сообщения Решений и Решений 1996-VI, и Cennet Ayhan и v Mehmet Salih Ayhan. Турция, No. 41964/98, 64, 27 Июня 2006).
86. Это обязанное в Правительстве респондента, требующем не-извлечение, чтобы указывать в Суд с помощью достаточной ясности средства на выше которые претенденты не имели обращение за помощью и, чтобы удовлетворять Суд, который средства были эффективными и доступными в теории и на практике в важном времени, то есть это они были доступны, были способными обеспечения заглаживаться что касается жалоб претендента и предложенных разумных перспектив успеха (смотри Cennet Ayhan и Mehmet Salih Ayhan, приведенный, 65).
87. Суд отмечает, что Русская юридическая система приводит в принципе двух авеню обращения за помощью для жертв незаконных и уголовных действий соотнесенных в Состояние или агентов, а именно: гражданские и уголовные средства.
88. Что касается гражданского действия, чтобы получать заглаживаться для ущерба поддержанного через предполагаемые незаконные действия или противозаконное поведение со стороны Государственных агентов, Суд уже обнаружил во множестве аналогичных случаев, что эта процедура только не может посчитаться как эффективное средство в контексте претензий подавивших Статью 2 Соглашения. Гражданский суд - не в состоянии преследовать любое независимое исследование и неспособное, не используя выводов уголовного исследования, получения любых значимых сведений относительно тождества виновников фатальных нападений или исчезновений, все еще менее устанавливающий их ответственность (смотри Khashiyev и v Akayeva. Россия, Nos. 57942/00 и 57945/00, 119 - 21, 24 Февраля 2005). На свете вышеуказанного, Суд подтверждает, что претенденты были не обязанными преследовать гражданские средства.
89. Что касается уголовных юридических средств предусмотренных Русской юридической системой, Суд соблюдает как претенденты жаловались в юридические принудительные агентства немедленно после исчезновения Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov. Исследование в убийство Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov рассматривался с 18 Июля 2001, тогда как исследование в похищение Amir Magomedov и Ali Uspayev осуществлять с 3 Ноября 2004. Претенденты и Правительство оспаривают эффективности исследования в убийство и похищение.
90. Суд рассматривает, что эта часть Правительственного возражения поднимет вопросы относительно эффективности исследования, которая тесно связана в достоинства жалоб претендентов. Таким образом, это решает присоединяться к этому возражению в достоинства случая и рассматривать, что выпуск упадет, чтобы быть изученн ниже.

II. Предполагаемое нарушение Статьи 2 Соглашения

91. Претенденты жаловались, что Amir Magomedov и Ali Uspayev был арестован Русскими военнослужащими и затем исчезнутое и, что Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov был выстрелен и отнятое Русскими военнослужащими и, что внутренние авторитетные специалисты не выполняли эффективное исследование в эти материалы. Они доверили в Статью 2 Соглашения, которые читают:
"1. Всех право в жизнь должно быть защищено законом. Никто не должно быть лишено его жизни преднамеренно сохраняемой в выполнении предложения суда, следующего за его убеждением преступления для которого этот штраф предусмотрен законом.
2. Лишение жизни не должно считаться как нанесено в нарушение этой статьи когда это происходит из использования усилия, которое не более чем совершенно необходимо:
(a) в защите любого человека из противозаконного насилия;
(b) для того, чтобы производить законное задержание или, чтобы предохранять переход законно задержанного человека;
(c) в действии законно принятом за цель подавлять бунт или мятеж."

A. Аргументы партий

92. Правительство доказывало, что не было никакого убедительного подтверждения, что Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov были мертвы. Никакое было доказано, что четыре мужчины были арестованы Государственными военнослужащими. Государственное emphasised, что Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov выходит из-под контроля от военнослужащих, которые предположили проверять их тождества и, что там было оружием обнаруженным в автомобиле VAZ 2106. Правительство продвигать доказывал, что исследование в убийство и похищение были эффективными и рассматривались перед независимым Государственным агентством. Претенденты были сообщены прогресса в исследовании в свое время. Регулярное задержание и возобновления исследования только показывали, что судопроизводство было продолжением и необходимые расследовательские меры потребовались.
93. Претенденты поддерживали, который он превышал разумное сомнение, что мужчины, которые выстрелили Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov и арестовавший Amir Magomedov и Ali Uspayev был Государственными агентами поскольку федеральные силы выполнили специальной операции 18 Июля 2001 и виновники путешествовали в APCs, которое могло только использовано Государственными агентствами. Они продвигать пожаловавшемуся, что исследование в убийство и похищение своих родственников были потянуты и безрезультатный.

B. Судебная оценка

1. Допустимость

94. Суд рассматривает, на свете подчинения партий, что претензия поднимает серьезные вопросы факта и закона под Соглашением, определение из которого требует обследование достоинств. Суд уже обнаружил, что Правительственное возражение относительно предполагаемого не-извлечения уголовных внутренних средств должно быть соединено в достоинства претензии (смотри параграф 90 выше). Претензия под Статьей 2 Соглашения должны следовательно объявлены допустимым.

2. Достоинства

(a) предполагаемое нарушение права в жизнь Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и i Rustam Achkhanov. Создание фактов
95. Суд повторяет это, на свете значения защиты предоставившей Статьей 2, он должен подлежать лишениям жизни наиболее осторожный изучение, принимающейся во внимание не только действия Государственных агентов но также всех окружающих обстоятельств. Задержанные лица - в уязвимой позиции и обязательство в властях принимать во внимание обработку задержанной личности особенно строгий где эта личность умирает или исчезает согласно этому (смотри v Orhan. Турция, No. 25656/94, 326, 18 Июня 2002). Где события о чем идет речь лежат целиком или в большой части в пределах исключительного знания властей, как это имеет место лиц под их управляющими в задержании, прочные предположения факта возникнет что касается повреждений и смерти, происходящих в течение этого задержания. На самом деле, бремя доказательства может посчитаться как отдых в властях, чтобы обеспечивать удовлетворительное и убедительное объяснение (смотри v Salman. Турция [GC], No. 21986/93, 100, ECHR 2000-VII, и {Cakici} v. Турция [GC], No. 23657/94, 85, ECHR 1999-IV).
96. Суд соблюдает, который он разработал множество общих принципов иметь отношение к созданию фактов в конфликте, в конкретном когда встречено заявлениями исчезновения под Статьей 2 Соглашения (для итога их, смотри v Bazorkina. Россия, No. 69481/01, 103 - 09, 27 Июля 2006). Суд также отмечается, что поведение партий когда подтверждение получено, должно быть принявш во внимание (смотри Ирландию v. Объединенное Королевство, 18 Января 1978, 161, Серия No. 25).
97. Суд отмечает, что, несмотря на свои запросы о копии целого файла исследования в убийство Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov и похищения Amir Magomedov и Ali Uspayev, Правительство отклоненное, чтобы производить материалы случая за исключением одного документа, на заземлении, которые они были предотвращены из обеспечения них Статьей 161 Кода Уголовной Процедуры. Суд наблюдает это в предшествующих случаях это обнаружило это объяснение недостаточное, чтобы оправдывать удержание ключевой информации запрошенной Судом (смотри v Imakayeva. Россия, No. 7615/02, 123, ECHR 2006-... (экстраты)).
98. В виду предыдущего и учитывать принципов отосланных, чтобы выше, Суд находит, что он может вытащить логические выводы из Правительственного поведения в этом отношении.
99. Претенденты предполагаемые, что лица, которые взяли Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov прочь 18 Июля 2001 были Государственными агентами.
100. Суд отмечается в начале, что Правительство принимало, который специальная операция была выполнена неопределенными подразделениями федеральных военных войск и Внутренние Войска Министерства Интерьера в деревне Pobedinskoe 18 Июля 2001 (смотри параграф 14 выше). Они также подтвердили, что безымянные Государственные военнослужащие, которые принимали участие на операции безопасности остановил автомобиль VAZ 2106 около деревни Raduzhnoe и открыл огонь когда Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov запустил выполнять (смотри параграф 15 выше). Также было принято, что те военнослужащие путешествовали в APCs (смотри параграф 59 выше).
101. Правительство тем не менее запрещало, который военнослужащие выстрелили Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov и предъявленный, который два мужчины избежали и спрятанное где-нибудь в Raduzhnoe. Они не предусмотрели никакое объяснение как то что случался с Amir Magomedov и Ali Uspayev поскольку они пошли пропуская 18 Июля 2001.
102. Согласно Государственному, безымянному свидетелям в инцидент в котором Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov были выстрелены по установился перед внутренним исследованием, что два мужчины были или ранено или было убито и затем помещенное в APCs. Правительство продвигать предъявленное, который депонирование свидетелей было опровергнуто безымянными военнослужащими, которые предъявили, который они сожгли в воздух, не в Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov (смотри параграф 58 выше). Суд отмечает, что Правительство не производило любые копии интервью свидетелей о чем идет речь. Никакое делал их обеспечивать любую информацию о тождествах военнослужащих, которая присутствовала на изображении инцидента или подразделения, которым они принадлежали. В таких обстоятельствах, Суд готовый вытащить логические выводы из Правительственной неудачи представлять такую информацию. В любом случае, использование множественной формы слова "свидетеля" в Правительственном подчинении указывает, что были по крайней мере два свидетеля в стрельбу Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov, который предъявлял видевшее два мужчин, раненных и вкладывает APCs. Кроме того, гипотеза претендентов, что Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov был выстрелен Государственными военнослужащими 18 Июля 2001 поддерживаны Правительственным доступом, что военнослужащие открыли огонь в безотлагательной окрестности двух мужчин, которая якобы пыталась избегать.
103. Суд наблюдает, что те безымянные свидетели спрошенные расследователями не могли сообщаться с уверенностью независимо Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov умер ранит полученный в точке или сохранится и остается в неволе в течение по крайней мере некоторого времени. Тем не менее, из этого следует с депонирования, которым они были сделаны, как перед внутренним исследованием так и претенденты, что Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov был выстрелен по и затем отнятое вооруженными мужчинами, путешествующими на APCs на день специальной операции. Эта информация объединенная то, что имеется никакие новости из Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov в течение почти восьми лет подтверждает, что те вооруженные мужчины были Государственными военнослужащими.
104. Кроме того, заявление претендентов, что вооруженные мужчины, путешествующие в APCs, которое похитило Amir Magomedov и Ali Uspayev были Государственными агентами правдоподобное в виду Правительственного утверждения, что специальная операция была выполнена в Pobedinskoe около Raduzhnoe 18 Июля 2001. Чтобы принимать обратное быть, напомните, чтобы группа повстанцев была способной попутешествовать незамеченный в очень видимых машинах как например, APCs вокруг деревни где были много федеральные войска.
105. То, что судопроизводство имело отношение к исчезновению родственников претендентов были - и очевидно все еще - - незаконченный перед военными офисами обвинителей уполномоченными, чтобы иметься дело с уголовными случаями соотнесенными в военный персонал подразумевает, что внутренние расследователи принимали опытные предположения претендентов импликации военнослужащего в преступлениях. Кроме того, 9 Ноября 2004 окружной офис обвинителя устанавливал в течение утвердительных условий, что военное участие в убийстве Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov и похищение Amir Magomedov и Ali Uspayev был доказан (смотри параграф 48 выше).
106. Суд наблюдает это где претенденты делают кажущимся достоверным случаем и Суд имеет препятствия чтобы достигать опытных выводов благодаря недостатку документов, он - для Правительства показывать заключительно почему документы о чем идет речь не могут послужить, чтобы подтверждать заявления сделанные претендентами, или, чтобы обеспечивать удовлетворительное и убедительное объяснение того как события о чем идет речь происходили. Бремя доказательства таким образом перемещено в Правительство и если они терпят неудачу в своих аргументах, вопросы возникнет под Статьей 2 и/или Статья 3 (смотри {Togcu} v. Турция, No. 27601/95, 95, 31 Мая 2005, и Akkum и Другой v. Турция, No. 21894/93, 211, ECHR 2005-II).
107. Принимаясь во внимание вышеуказанные элементы, Суд удовлетворен, что претенденты были сделаны кажущийся достоверным случай, что Amir Magomedov и Ali Uspayev были похищены и, что Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov были выстрелены и затем отнятое Государственными военнослужащими. Правительственное утверждение, что исследование не находило любое подтверждение, чтобы поддерживать участие специальных усилий в стрельбе и похищение недостаточное, чтобы выплачивать им из вышеупомянутого бремени доказательства. Рисуя логические выводы из Правительственной неудачи представлять документы, которые были в их исключительном владении или, чтобы обеспечивать другое правдоподобное объяснение событий о чем идет речь, Суд рассматривает, что Amir Magomedov и Ali Uspayev были похищены и, что Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov были выстрелены и затем отнятое Государственными военнослужащими в течение операции безопасности 18 Июля 2001.
108. Имеется никакие надежные новости о Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov с 18 Июля 2001. Их имена не обнаружены в любых записях средств официального задержания. Правительство не представляло любое объяснение как то что случилось на них после этого дня.
109. Суд - не в позиции, чтобы устанавливаться с уверенностью независимо Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov умерший 18 Июля 2001 ранит полученный или нет. Во всяком случае, имеющий отношение в предшествующие случаи относительно исчезновений людей в Республике Chechen, которое предшествует Суду (смотри, например, Luluyev и Другой v. Россия, No. 69480/01, ECHR 2006-...), это рассматривает это, в контексте конфликта в Республике Chechen, когда человек задержан неопознанный военнослужащие без любое последующий подтверждение задержание, это может посчитаться как жизнь-угроза. Отсутствие Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov или любых новостей об их в течение почти восьми лет подтверждает это предположение.
110. Соответственно, Суд находит что он установлен, что 18 Июля 2001 Amir Magomedov и Ali Uspayev были похищены и, что Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov были выстрелены и затем похищенное Государственными военнослужащими и, что четыре мужчины должны быть предположены мертвым следуя за этими событиями.
ii. Государственное согласие со Статьей 2 111. Суд повторяет, что Статья 2, которая охраняет право в жизнь и устанавливает обстоятельства когда лишение жизни может быть оправдано, ранги как одно из наиболее фундаментальных условий в Соглашении, из которых никакое умаление не разрешено (смотри McCann и Другой v. Объединенное Королевство, 27 Сентября 1995, 147, Серия No. 324).
112. Суд уже обнаружил что он установлен, что Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov должен быть предположен мертвым (смотри параграф 110 выше). Отмечая, что власти не доверяются на любое заземление оправдания что касается использования летального усилия Государственными военнослужащими, это рассматривает, что ответственность за их ложь смертей с Правительством респондента.
113. Соответственно, Суд находит, что имеется нарушение Статьи 2 Соглашения что касается Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov.
(b) предполагаемая неадекватность исследования
114. Суд повторяет, что обязательство защищать право в жизнь под Статьей 2 Соглашения, прочитанных в связи (вместе)с Государственной общей обязанностью под Статьей 1 Соглашения, чтобы "защищаться на все в пределах [its] юрисдикции права и свободы определялись в [the] Соглашении", также требовали предположительно, что там должно быть некоторой формой эффективного официального исследования когда индивидуумы убиты в результате использования усилия (смотри v Kaya. Турция, 19 Февраля 1998, 86, Сообщения 1998-Я). Существенная цель такого исследования в том, чтобы обеспечивать эффективную реализацию внутренних законов, которые защищают право в жизнь и, в тех случаях, включающих Государственных агентов или тел, чтобы гарантировать их подотчетность для смертей, происходящих под их ответственностью. Это исследование должно быть независимым, доступным семейству жертвы, выполненному разумной быстротой и экспедицией, эффективными в значении, которое оно способное вести к определению независимо усилия использованного в таких случаях было или не был оправдан в обстоятельствах или иным способом противозаконных и предоставили достаточный элемент общественного изучения исследования или результатов (смотри Иорданию Hugh v. Объединенное Королевство, No. 24746/94, 105 - 09, ECHR 2001-III (экстраты), и v Douglas-Williams. Объединенное Королевство (dec.), No. 56413/00, 8 Января 2002).
115. В настоящем случае, убийство Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov и похищение Amir Magomedov и Ali Uspayev были исследованы. Суд должен оценить независимо, что исследование удовлетворяло требованиям Статьи 2 Соглашения.
116. Суд отмечается в начале, что почти один из документов из исследования остаются нераскрытыми Правительством. Это следовательно должно оценить эффективность исследования на основе нескольких документов поданных претендентами и редкая информация о своем прогрессе представленными Правительством.
117. Суд сначала отмечает, что власти немедленно были сделаны осведомленным об убийстве Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov и похищения Amir Magomedov и Ali Uspayev через подчинение претендентов (смотри параграфы 17 и 18 выше). Исследование в убийство было учреждено в своевременном способе 18 Июля 2001. Тем не менее, Правительство не производило никакое объяснение для то, что исследование в похищение Amir Magomedov и Ali Uspayev был учрежден 3 Ноября 2004, то есть, три года, три месяца и восемнадцать дней после их отведения. Такая потрясающе длительная задержка была по своей сути подверженной влиять на исследование похищения в жизни-угрозе обстоятельств, где критическое действие должно быть взят в течение первых дней после события.
118. Суд продвигать отмечает, что информация о курсе исследования в убийство Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov и похищение Amir Magomedov и Ali Uspayev в своем расположении очень неадекватное. Это наблюдает, что претенденты, кто сам не были скорректированы в прогрессе в случае не могло обеспечивать это списком расследовательских мер взятых внутренними авторитетными специалистами.
119. Правительство, в их повороте, смутно ссылалось на определенные расследовательские меры принятые, чтобы решать убийство Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov, как например, проверка изображения инцидента, изучающего APCs и спрашивающий свидетелей (смотри, что параграфы 58 - 60 выше). Тем не менее, они не упоминали когда такие меры произошли и не обеспечивал дальнейшие детали, приспосабливающиеся Суд, чтобы оценивать их эффективность.
120. Кроме того, Правительство не сообщало Суд если любые расследовательские меры были приняты, чтобы решать похищение Amir Magomedov и Ali Uspayev совсем. Например, не ясно независимо такие основные меры как интервью свидетеля поведения и проверяя изображение преступления когда-либо потребовался.
121. Соответственно, Суд рассматривает, что внутренние расследовательские авторитетные специалисты demonstrably терпели неудачу в действие своего собственного ходатайства и нарушали их обязательство осуществлять образцовое старание и быстроту в работе с такими серьезными преступлениями как убийство и похищение (смотри Пол и Эдварда Audrey v. Объединенное Королевство, No. 46477/99, 86, ECHR 2002-II).
122. Суд также отмечает, что претенденты быстро не были сообщены значимых разработок в исследовании и были рассматриваны следовательно, что расследователи потерпевшие неудачу, чтобы гарантировать, что исследование получало необходимый уровень общественного изучения, или, чтобы охранять интересы следующего родственника в судопроизводстве (смотри {Oyur} v. Турция [GC], No. 21594/93, 92, ECHR 1999-III).
123. Наконец, Суд отмечает, что исследование в убийство Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov и похищение Amir Magomedov и Ali Uspayev находился во многочисленных случаях переданных от гражданского офиса обвинителя до военного офиса обвинителя. Кроме того, многократно было приостановлено и затем продолженное, который вел к длительным периодам inactivity со стороны расследователей когда никакое судопроизводство не рассматривалось. Такая обработка исследования не могла но имело отрицательное влияние в перспективах установления виновников и устанавливающих судьба родственников претендентов.
124. Иметь отношение в конечность Правительственного возражения, которая была соединена в достоинства приложения, поскольку это имеет отношение к ему что внутреннее исследование все еще рассматривается, Суд отмечает, что исследование, имеющее быть многократно приостановленное и продолженное и обеспокоенное inexplicable задержками, было продолжением в течение почти восьми лет и не произвело никакие осязаемые результаты. Соответственно, Суд находит, что средство доверенное на Правительством было безрезультатным в обстоятельствах и отвергает их возражение в этой части.
125. Правительство также упоминало, что претенденты имели возможность обращаться за юридическим обзором решений исследующих авторитетных специалистов в контексте извлечения внутренних средств и, чтобы жаловаться более высоким обвинителям. Суд наблюдает, который претенденты на самом деле учреждали судебное судопроизводство, хотя они не апеллировали против первого примера решения. Тем не менее, судебная претензия не побуждала расследователей, чтобы исследовать заявления претендентов тщательно. Претенденты также жаловались в нескольких случаях более высоким обвинителям как например, офис обвинителя Республики Chechen и офис обвинителя UGA, но напрасно. Кроме того, благодаря времени, которое прошло с тех пор как события жаловались на, определенные расследовательские шаги, которые должен выполнен значительно раньше не могло больше полезно проведен. Суд находит следовательно, что он очень сомнительный, что средства доверенные на Правительством должны имело любые перспективы успеха и рассматривать, что они были безрезультатными в обстоятельствах в таком случае. Это таким образом отвергает Правительственное возражение в этой части также.
126. На свете предыдущего, Суд находит, что власти потерпевшие неудачу, чтобы выполнять эффективное уголовное исследование в обстоятельства, окружающие исчезновение Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov, в нарушении Статьи 2 в своем процедурном аспекте.

III. Предполагаемое нарушение Статьи 3 Соглашения

127. Претенденты жаловались, что Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov вероятно был обратиться зло в то время как в руках Русских военнослужащих, следующих за их отведением. Они продвигать поданное, что, в результате своего исчезновения родственников и Государственная неудача исследовать это правильно, они вынесли серьезное умственное страдание. Претенденты доверялись в Статью 3 Соглашения, которые читают:
"Никто не должно быть подвергнуто пытке или на бесчеловечную или деградирующую обработку или наказание."

A. Подчинение сторон

128. Правительство противоречило этими заявлениями и доказывало, что ни претенденты ни Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov был подвергнут бесчеловечной или деградирующей обработке запрещенной Статьей 3 Соглашения.
129. Претенденты поддерживали их жалобы.

B. Судебная оценка

1. Допустимость

(a) претензия относительно Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov
130. Суд повторяет, который заявления плохой-обработки должны быть поддерживаны подходящим подтверждением. Чтобы оценивать это подтверждение, Суд принимает стандарт доказательства "за разумным сомнением" но добавляет, которому такое доказательство может последовать из сосуществования достаточно прочных, ясных и согласующихся логических выводов или аналогичных неопровергнутых предположений факта (смотри Ирландию v. Объединенное Королевство, приведенное выше, 161 в пене).
131. Суд обнаружил что он установлен, что Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov были отняты 18 Июля 2001 Русскими федеральными силами и, что никакие надежные новости об их не получает с тех пор. Это также обнаружило это, в виду всех известных обстоятельств, они могут быть предположены мертвым и, что ответственность за свою ложь смертей с Государственными авторитетными специалистами (смотри параграф 112 выше). Тем не менее, вопросы остаются что касается точного пути в котором они умерли и были подвергнуты они плохой обработке следующего своего отведения. Суд рассматривает, что материалы в своем расположении не позволят, чтобы оказываться за всем разумным сомнением, что Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov были обратиться зло в задержание. Это таким образом находит, что эта часть претензии под Статьей 3 Соглашения не обоснован.
132. Из этого следует эта эта часть приложения явно необоснованная и должна быть отвергнута в соответствии с Статьей 35 3 и 4 Соглашения.
(b) претензия относительно претендент умственное страдание
133. Суд отмечает, что эта часть претензии под Статьей 3 Соглашения не явно необоснованное в пределах значения Статьи 35 3 Соглашения. Это продвигать отмечает, что это не недопустимое на любом другом заземлении. Это должно следовательно объявлено допустимым.

2. Достоинства

134. Суд соблюдает, который вопрос является элемент семейства "исчезнутого человека" жертвой обработки вопреки Статье 3 будет зависеть от существования специальных показателей, которые дают страданию претендентов измерение и символ четкое из эмоциональной аварии, которая может посчитаться как неизбежно вызвано родственникам жертвы серьезных прав человека нарушения. Важные элементы включит близость семейного соединения, конкретные обстоятельства отношения, протяженность на которых член семьи свидетельствовал событиям о чем идет речь, участие члена семьи в попытках, чтобы получать информации об исчезнутом человеке и путь в которых власти реагировали на те вопросы. Суд должен продвигать подчеркивать, который сущность такого нарушения главным образом не лежит на факте "исчезновения" члена семьи но довольно имеет отношение к реакциям авторитетных специалистов и отношений в ситуацию когда привезти в их внимании. Это - особенно что касается последний, что относительный может призваться, чтобы быть жертвой поведения властей (смотри v Orhan. Турция, No. 25656/94, 358, 18 Июня 2002).
135. Суд продвигать повторяет это пока член семьи "исчезнутого человека" может призваться быть жертвой обработки вопреки Статье 3 (смотри v Kurt. Турция, 25 Могут 1998, 130 - 34, Сообщения 1998-III), тот же принцип не захочет обычно относиться к ситуациям где человек взятый в охрану позже обнаружен мертвым (смотри {Tanly} v. Турция, No. 26129/95, 159, ECHR 2001-III (экстраты)). Суд наблюдается в этом отношении, что Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov посчитались мертвым, просто не похищенное, как исследование в их исчезновение было открыто под главой "убийства". Тем не менее, их труп никогда не был обнаруживан и их судьба после 18 Июля 2001 не объяснены. В таких обстоятельствах, Суд легко принимает, что вторые, третьи и четвертые претенденты поддержали неопределенность, мучение и характеристику аварии в специфический феномен исчезновений.
136. Кроме того, Суд отмечает, что второй претендент, сестра Dokayev's Aslan, активно поучаствованные в поиске ее брата и lodged многочисленных жалоб с властями (смотри, например, параграфы 22, 28 и 33 выше). В таких обстоятельствах Суд не считает необходимым различаться в настоящем случае второго претендента как человек, который не мог иметь стоя как жертва для целей Статьи 3 (смотри Luluyev и Другой v. Россия, No. 69480/01, 112 - 13, ECHR 2006-... (экстраты).
137. Суд отмечает, что претенденты не имели любую надежную информацию о судьбе их закрытых родственников в течение почти восьми лет. В течение этого периода, претенденты приложили к различным официальным телам с вопросами об их членах семьи, в записи и лично. Несмотря на эти попытки, они никогда не получали любое правдоподобное объяснение или информацию как то что случался их членами семьи. Судебные сведения под процедурным аспектом Статьи 2 Соглашения - также прямой релевантности здесь.
138. В виду вышеуказанного, Суд находит, что претенденты страдали аварией и мучением в результате исчезновения их закрытых родственников и их невозможности обнаруживать что случался с ними. Способ в котором их жалобы имелись дело властями должен считать составлять бесчеловечную обработку вопреки Статье 3.
139. Суд следовательно решает, что имеется нарушение Статьи 3 Соглашения что касается претендентов.

IV. Предполагаемое нарушение Статьи 5 Соглашения

140. Претенденты продвигать устанавливал, что Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov был задержан в нарушении гарантий Статьи 5 Соглашения, которые читают, поскольку важно:
"1. Все имеют право в свободу и безопасность человека. Никто не должно быть лишено его свободы сохраняемой в следующих случаях и в соответствии с процедурой заданной законом:...
(c) законное задержание или задержание человека производилось с целью внедрения него перед компетентным юридическим руководством на разумном подозрении совершать нарушение или когда оно разумно считается необходимым предотвращать его совершать нарушение или избегать после того как сделал так;
...
2. Все, которые арестованы, должно сообщаться быстро, на языке какое он понимает, причин своего задержания и любой платы против него.
3. Все арестовывали или задерживались в соответствии с условиями параграфа 1 (c) этой Статьи должны приводиться быстро перед судья или другое должностное лицо уполномоченные законом, чтобы осуществлять юридическое полномочие и должны иметь право в испытание в течение разумного времени или, чтобы выпускать рассматривать испытания. Версия может быть обусловлена гарантиями, чтобы появляться для испытания.
4. Все, которые лишены его свободы задержанием или задержание должно иметь право брать судопроизводство, которым lawfulness его задержания должен решаться поспешно судом и его версия заказывалась если задержание не законное.
5. Все, которые были жертвой задержания или задержания в нарушении условий этой Статьи должно иметь имеющее исковую силу право в компенсации."

A. Подчинение сторон

141. В Правительственном мнении, никакое подтверждение не было получено расследователями, чтобы подтверждать, что Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov был лишен их свободы в нарушении гарантий установленных в Статье 5 Соглашения.
142. Претенденты повторяли претензию.

B. Судебная оценка

1. Допустимость

143. Суд отмечает, что эта претензия не явно необоснованная в пределах значения Статьи 35 3 Соглашения. Это продвигать отмечает, что претензия не недопустимая на любом другом заземлении и должно следовательно объявлено допустимым.

2. Достоинства

144. Суд прежде отметил фундаментальное значение гарантий содержимых в Статье 5, чтобы обеспечивать право индивидуумов в демократии, чтобы быть свободно от произвольного задержания. Это также установило, что непризнанное задержание является полным отрицанием этих гарантий и раскрывает тому же серьезному нарушению Статьи 5 (смотри {Cicek} v. Турция, No. 25704/94, 164, 27 Февраля 2001, и Luluyev, приведенных выше, 122).
145. Суд обнаружил что он установлен, что Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov были похищены Государственными военнослужащими 18 Июля 2001 и не видеться с тех пор. С тех пор как невозможно должно установить независимо Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov были убиты прежде, чем их тела были загружены в APCs, Суд допускает что там вероятно было неопределенным периодом времени в течение которого эти два мужчины были сохранены живым под управлением Государственными военнослужащими.
146. Задержание четырех родственников претендентов не было признано, не было зарегистрировано в любой охране записывает и там не просуществован никакой официальный след их последующего местоположения или судьбы. В соответствии с Судебной практикой, этот факт по своей сути должен считаться наиболее серьезным терпеть неудачу, поскольку он приспосабливается тот ответственный за действие лишения свободы, чтобы скрывать их участие в преступлении, чтобы покрывать их дорожки и, чтобы избегать подотчетности для судьбы detainee. Кроме того, отсутствие записей, отмечающих такие материалы как имя detainee, дата, время и позиция задержания, причин это и имя человека, производящего должно быть видно как несовместимый с самой целью Статьи 5 Соглашения (смотри Orhan, приведенный выше, 371).
147. В виду предыдущего, Суд находит, что Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov были признаны непризнанным задержанием без любой из охраны содержимой в Статье 5. Это составляет особенно серьезному нарушению права в свободу и безопасность сохраненные в Статье 5 Соглашения.

V. Предполагаемое нарушение Статьи 6 Соглашения

148. Претенденты жаловались, который они были лишены права доступа, чтобы выигрывать что касается своих жалоб против расследовательских авторитетных специалистов. Они доверили в Статью 6 Соглашения, какое, поскольку важно, гласит следующее:
"1. В определении его гражданских прав и обязательств..., все имеют право на ярмарку и публику, слышащиеся в течение разумного времени независимым и беспристрастным судом установленным законом..." 149. Суд находит, что Статья 6 1 Соглашения является, в принципе, неприменимым в судопроизводство о чем идет речь, как они ясно не включили определение гражданских прав или обязательств претендентов или уголовную плату против претендентов, в пределах значения Соглашения (смотри Akhmadov и Другой v. Россия (dec.), No. 21586/02, 3 Мая 2007).
150. Из этого следует эта эта претензия - несовместимый ratione materiae с условиями Соглашения в пределах значения Статьи 35 3 и должно быть отвергнуто в соответствии с Статьей 35 4 вследствие того.

VI. Предполагаемое нарушение Статьи 13 Соглашения

151. Претенденты жаловались, который они были лишены эффективных средств что касается предполагаемых нарушений выше, вопреки Статье 13 Соглашения, которые обеспечивают:
"Все чьи права и свободы как изложено в [the] Соглашении нарушены, должны имело эффективное средство перед национальным руководством вопреки, что нарушение совершено лицами, действующими в официальной возможности."

A. Подчинение сторон

152. Правительство утверждало, что претенденты имели эффективные средства в их расположении как потребовалось Статьей 13 Соглашения и, что власти не помешали им чтобы использовать их. Претенденты вызвали действия расследователей в суд, но не апеллировали против первого примера решения. Они могли бы также пожаловаться более высоким обвинителям или предъявившим убытки, но потерпевшие неудачу, чтобы делать так. На сумме, Правительство подавало, что там не было никаким нарушением Статьи 13.
153. Претенденты повторяли претензию.

B. Судебная оценка

1. Допустимость

154. Поскольку претензия под Статьей 13 имеет отношение к существованию внутреннего средства что касается претензии относительно предполагаемой плохой-обработки Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov, Суд отмечает, что эта часть претензии под Статьей 3 была обнаружена бездоказательным в параграфе 132 выше. Соответственно, претенденты нет имели "спорную претензию" нарушения существенного обеспечения Соглашения и, следовательно, Статья 13 Соглашения неприменимая.
155. Если претензия претендентов под Статьей 6 Соглашения объявлены несовместимый ratione materiae в параграфе 150 выше, Суд рассматривает, что претенденты нет имели "спорную претензию" нарушения существенного обеспечения Соглашения и, следовательно, Статья 13 Соглашения неприменимая.
156. Из этого следует эти эти части претензии под Статьей 13 Соглашения - несовместимый ratione materiae с условиями Соглашения в пределах значения Статьи 35 3 и должно быть отвергнуто в соответствии с Статьей 35 4 вследствие того.
157. Суд отмечает, что остальные жалобы под Статьей 13 не явно необоснованные в пределах значения Статьи 35 3 Соглашения. Это продвигать отмечает, что они не недопустимые на любом другом заземлении и должно следовательно объявлено допустимым.

2. Достоинства

158. Суд повторяет, что Статья 13 Соглашения гарантирует доступность на национальном уровне средства, чтобы осуществлять субстанцию прав Соглашения и свобод в независимо от того какой форме они могли случиться, чтобы обеспечен во внутреннем юридическом приказе. Согласно Судебному урегулированному случаю-закону, эффект Статьи 13 Соглашения должны потребовать обеспечение средства на национальном уровне, допускающем компетентное внутреннее руководство оба, чтобы иметься дело с субстанцией важной претензии Соглашения и, чтобы предоставлять подходящее облегчение, хотя Сокращая Состояния предоставляют некоторое усмотрение что касается способа в котором они подчиняются своим обязательствам под этим обеспечением. Тем не менее, такое средство только потребовалось что касается недовольства, которое может посчитаться как "спорный" с точки зрения Соглашения (смотри Halford v. Объединенное Королевство, 25 Июня 1997, 64, Сообщения 1997-III).
159. Что касается претензии недостатка эффективных средств что касается претензии претендентов под Статьей 2, акценты Суда, что, давшее фундаментальное значение права в защиту жизни, Статья 13 требует, дополнительно к оплате компенсации где необходимо, тщательное и эффективное исследование способное вести к идентификации и наказанию тех ответственных за лишение жизни и infliction обработки вопреки Статье 3, включая эффективный доступ для complainant в процедуру исследования, ведущую к идентификации и наказанию тех ответственных (смотри v Anguelova. Болгария, No. 38361/97, 161 - 62, ECHR 2002-IV). Суд продвигать повторяется выше который требования Статьи 13 более широкие чем Договаривающееся Государственное обязательство под Статьей 2, чтобы проводить эффективное исследование (смотри Khashiyev и Akayeva, приведенный, 183).
160. В виду Судебных вышеуказанных сведений в отношении Статьи 2, эта претензия ясно "спорная" для целей Статьи 13 (смотри Boyle и Рис v. Объединенное Королевство, 27 Апреля 1988, 52, Серия No. 131). Претенденты должны соответственно были способными воспользоваться эффективными и практическими средствами способными вести к идентификации и наказанию тех ответственных и в награду компенсации за цели Статьи 13.
161. Из этого следует это в обстоятельствах где, как здесь, уголовное исследование в исчезновение закрытых родственников претендентов было безрезультатным и эффективность любого другого средства, которое может просуществовать, включая гражданские средства предложившие Правительством, следовательно подрывает, Состояние потерпело неудачу в своем обязательстве под Статьей 13 Соглашения.
162. Следовательно, имеется нарушение Статьи 13 в связи (вместе)с Статьей 2 Соглашения.
163. Поскольку претензия под Статьей 13 имеет отношение к существованию внутреннего средства что касается претензии относительно претендент умственное страдание, Суд отмечает, что он обнаружил нарушению Статьи 3 ввиду этого,. Тем не менее, Суд уже обнаружил нарушению Статьи 13 Соглашения в связи (вместе)с Статьей 2 Соглашения из-за поведения властей, которое вело к страданию вынесенному претендентами. Суд рассматривает это, в обстоятельствах, никакой отдельный выпуск не возникает что касается Статьи 13 в связи (вместе)с Статьей 3 Соглашения.
164. Что касается ссылки претендентов на Статью 5 Соглашения, Суд повторяет это согласно своему установленному случаю-закону более специфические гарантии Статьи 5 4 и 5, лекс specialis что касается Статьи 13, поглощать свои требования и в виду вышеуказанных сведений нарушения Статьи 5 Соглашения, заканчивающихся непризнанным задержанием, Суд рассматривает, что никакой отдельный выпуск не возникнет что касается Статьи 13 в связи (вместе)с Статьей 5 Соглашения.

VII. Приложение Статьи 41 Соглашения

165. Статья 41 Соглашения обеспечивает:
"Если Суд находит, что имеется нарушение Соглашения или Протоколы кроме того, и если внутренний закон заинтересованной Высоко Договаривающейся Стороны допускает только частичное возмещение, которое нужно быть сделано, Суд должен, если необходимо, предоставлять точное удовлетворение на поврежденную сторону."

A. Денежный ущерб

166. Претенденты предъявляли убытки что касается потерянной заработной платы их родственников. Хотя последний было безработным, претенденты допускали что в конечном счете каждый из их должно заработать по крайней мере 100 евро (EUR) за месяц. Первый претендент предъявлялся в итоге EUR 12,420, второй и третий претенденты предъявляли EUR 6,210 каждый и четвертый претендент предъявлял EUR 7,200. Кроме того, четвертый претендент предъявлял EUR 4,700 как компенсацию за его порожденный автомобиль VAZ 2106, который был сожжен Русскими военнослужащими. Он не обеспечивал любые документы, чтобы обосновывать его претензии в этом отношении.
167. Правительство считало этими претензиями как необоснованный.
168. Суд повторяет, что должно быть ясной причинной связью между ущербом предъявленным претендентами и нарушение Соглашения. Кроме того, под Правилами 60 Правил Суда любое требование о точном удовлетворении должны itemised и подаваться в письменной форме вместе с важными опорными документами или поручителями, "терпеть неудачу, которые Палата может отвергнуть претензию целиком или частично".
169. Суд сначала отмечает, что денежный ущерб может быть награжден что касается убытка заработков. Тем не менее, это не убеждено, что Aslan Dokayev должен обязательно поддерживать его сестру финансово и отвергал ее претензии в этом отношении. Суд рассматривает, что есть прямая причинная ссылка между нарушением Статьи 2 что касается закрытых родственников претендентов и убыток первыми, третьими и четвертыми претендентами финансовой поддержки какое они могли бы предусмотреть. Суд находит разумный, чтобы допускать что Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov должен в конечном счете имело некоторые заработки. Иметь отношение в подчинение претендентов и то, что Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov не были применены на момент их исчезновения, Суд награждает EUR 3,000 первому претенденту и EUR 1,500 третьему и четвертому претендентам каждый что касается денежного ущерба, плюс любой налог, который может быть ответственным на этих суммах.
170. Суд продвигать отмечает, что четвертый претендент потерпевший неудачу, чтобы обосновывать его денежные аварийные претензии что касается разрушенного автомобиля его сына и таким образом не делать никакой наградой в этом отношении.

B. Не-денежный ущерб

171. Претенденты предъявляли компенсацию что касается не-денежного ущерба для страдания, которую они продлились в результате убытка своих членов семьи и безразличие показанных властями к им. Первый претендент предъявлял EUR 40,000, пока вторые, третьи и четвертые претенденты предъявляли EUR 20,000 каждый.
172. Правительство обнаруживало, что суммы предъявляли преувеличенное.
173. Суд обнаружил нарушению Статей 2, 5 и 13 Соглашения из-за исчезновения родственников претендентов. Сами претенденты оказывается были жертвами нарушения Статьи 3 Соглашения. Суд таким образом принимает, которым они пострадали не-денежным ущербом, который не может быть компенсирован за исключительно сведениями нарушений. Это награждает следовательно первого претендента EUR 40,000 и вторые, третьи и четвертые претенденты EUR 20,000 каждый, плюс любой налог, который может быть ответственным вслед за тем.

C. Издержки и затраты

174. Претенденты также предъявляли итог EUR 7,900, чтобы быть уплаченн пяти юристам Международного Центра Защиты, которая подготовила их анкету и наблюдения в допустимости и достоинствах в таком случае. Они не производили любые документы или счет-фактуру, чтобы подтверждать, что предъявленные суммы были уплачены представителям.
175. Правительство указывало, что претенденты не показали, что затраты предъявленные для юридического представления действительно были понесены и, что три из пяти юристов упомянутых претендентами не был назван в силах адвоката.
176. Суд может сделать награду что касается издержек и затрат поскольку они действительно и обязательно были понесены (смотри v Bottazzi. Италия [GC], No. 34884/97, 30, ECHR 1999-V). Если претенденты потерпевшие неудачу, чтобы представлять любое подтверждение, чтобы оправдывать их издержки и затраты имели отношение к юридическому представлению, она не делает никакой наградой под этой главой.

D. По умолчанию интерес

177. Суд рассматривает, что он присвоит, что по умолчанию интерес должен быть основан в краевом кредитовании показателя Европейского Центрального Банка, на которое должно быть добавлено три пункта.

ПО ЭТИМ СООБРАЖЕНИЯМ, СУД ЕДИНОДУШНО

1. Решает присоединяться в достоинства Правительственное возражение как то не-извлечение уголовных внутренних средств и отказы это;
2. Объявляет жалобы под Статьями 2 и 5 Соглашения, претензия под Статьей 3 относительно претендент умственное страдание, жалобы под Статьей 13 в связи (вместе)с Статьями 2 и 5, а также претензия под Статьей 13 в связи (вместе)с претензией относительно претендент умственная страдающая допустимая и разность приложения недопустимого;
3. Считает что имеется нарушение Статьи 2 Соглашения что касается Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov;
4. Считает что имеется нарушение Статьи 2 Соглашения что касается неудачи проводить эффективное исследование в обстоятельства в котором Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov исчез;
5. Считает что имеется нарушение Статьи 3 что касается претендентов;
6. Считает что имеется нарушение Статьи 5 Соглашения что касается Amir Magomedov, Ali Uspayev, Aslan Dokayev и Rustam Achkhanov;
7. Считает что имеется нарушение Статьи 13 Соглашения в связи (вместе)с Статьей 2 Соглашения;
8. Считает что никакие отдельные вопросы не возникают под Статьей 13 Соглашения в связи (вместе)с Статьями 3 и 5 Соглашения;
9. Хранилища (a), что Состояние респондента должно платить, в течение трех месяцев с даты на которой решение становится конечным в соответствии с Статьей 44 2 Соглашения, следующие суммы:
(i) EUR 3,000 (три тысяча евро) первому претенденту и EUR 1,500 (одна тысяча пятьсот евро) третьему и четвертому претендентам каждый что касается денежного ущерба, чтобы быть преобразованн в Русские рубли на уровне прилагаемые на дате урегулирования, плюс любой налог, который может быть ответственным на этих суммах;
(ii) EUR 40,000 (сорок тысяча евро) первому претенденту и EUR 20,000 (двадцать тысячных евро) на второй, третий и четвертые претенденты каждый что касается не-денежного ущерба, который нужно преобразовываться в Русские рубли на уровне прилагаемые на дате урегулирования, плюс любой налог, который может быть ответственным вслед за тем;
(b), что из expiry вышеупомянутых трех месяцев пока урегулирование простого интереса не должно быть оплачиваемым на вышеуказанных суммах при показателе равных краевому кредитованию показателя Европейского Центрального Банка в течение по умолчанию периода плюс три пункта;
10. Распускает разность требования претендентов о точном удовлетворении.

Сделанным в Английском, и извещенном в письменной форме 11 Июня 2009, в соответствии с Правилами 77 2 и 3 Правил Суда.

Президент Christos ROZAKIS

{Soren} Архивариус NIELSEN


Последний раз редактировалось: radjiv (07.09.2009 19:36), всего редактировалось 1 раз

swin6 Пол:Муж

07-Сен-2009 19:37

Постановление Европейского Суда по правам человека от 23.07.2009 по делу «Молодыка и другие против России» (CASE OF MOLODYKA AND OTHERS v. RUSSIA), жалобы №№ 3447/05, 15560/05 и 21613/05.
Трое заявителей выиграли свои дела о взыскании денежной стоимости государственных долговых обязательств по предоставлению российских автомобилей. Судебные решения вступили в законную силу, однако исполнены не были, а впоследствии по жалобе Министерства финансов суд надзорной инстанции отменил эти судебные решения и отказал заявителям в исках.
Заявители пожаловались в ЕСПЧ на отмену вынесенных в их пользу судебных решений, и Европейский Суд по правам человека постановил, что были нарушены ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции.
Поскольку заявители не представили требований о выплате согласно ст. 41 Конвенции справедливой компенсации, постольку ЕСПЧ таковую не присудил.
Ср. постановление Европейского Суда по правам человека от 23.07.2009 по делу «Марковци и Селиванов против России» (CASE OF MARKOVTSI AND SELIVANOV v. RUSSIA), жалобы №№ 756/05 и 25761/05.

добавлено спустя 52 секунды:

Постановление Европейского Суда по правам человека от 23.07.2009 по делу «Марковци и Селиванов против России» (CASE OF MARKOVTSI AND SELIVANOV v. RUSSIA), жалобы №№ 756/05 и 25761/05.
Первый заявитель, гражданин Украины, и второй заявитель, гражданин России, в 1990-е участвовали в государственной сберегательной программе для покупки российских автомобилей. Государство не исполнило своих обязательств предоставить заявителям машины, и они предъявили иски о взыскании денежной стоимости государственного долгового обязательства.
18.03.2003 и 17.02.2003 суд первой инстанции решил в пользу заявителей и присудил им компенсации, подлежащие выплате Министерством финансов. Суд кассационной инстанции оставил решения без изменения, были возбуждены исполнительные производства, однако судебные решения исполнены не были.
18.10.2004 и 16.12.2004 суд надзорной инстанции по жалобе Министерства финансов отменил указанные судебные решения и отказал заявителям в исках.
Заявители пожаловались в ЕСПЧ на нарушение ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции как надзорным пересмотром вынесенных в их пользу судебных решений, так и неисполнением этих решений.
Европейский Суд по правам человека постановил, что указанные статьи были нарушены по обоим основаниям, и присудил заявителям компенсацию как материального, так и нематериального вреда.
Ср. постановление Европейского Суда по правам человека от 23.07.2009 по делу «Молодыка и другие против России» (CASE OF MOLODYKA AND OTHERS v. RUSSIA), жалобы №№ 3447/05, 15560/05 и 21613/05.

добавлено спустя 24 секунды:

Постановление Европейского Суда по правам человека от 23.07.2009 по делу «Клименко и Остапенко против России» (CASE OF KLIMENKO AND OSTAPENKO v. RUSSIA), жалобы №№ 30709/03 и 30727/03.
Заявители, жертвы Чернобыля, выиграли свои дела у местного органа социального обеспечения, однако суд надзорной инстанции по жалобе ответчика вынесенные в пользу заявителей судебные решения от 22.01.2003 и от 21.01.2003 отменил и направил дела на новое рассмотрение.
25.12.2003 суд вновь решил в пользу заявителей, однако судебное решение от 25.12.2003 было менее благоприятным для заявителей, чем судебные решения, отмененные судом надзорной инстанции.
Второй заявитель впоследствии добился пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам решения от 25.12.2003 и его отмены, а в результате нового судебного разбирательства в его пользу было вынесено судебное решение от 13.03.2007, не менее благоприятное, как утверждают российские власти, чем судебное решение от 21.01.2003.
Заявители пожаловались в ЕСПЧ на нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции отменой вынесенных в их пользу судебных решений.
Европейский Суд, сославшись на свою прецедентную практику, постановил, что было нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции в отношении обоих заявителей.
ЕСПЧ учел, что судебным решением от 22.01.2003 первому заявителю было присуждено больше, чем решением от 25.12.2003, и постановил, что ст. 1 Протокола № 1 была нарушена в отношении первого заявителя.
Что касается второго заявителя, то Суд отметил доводы российских властей, что второй заявитель в результате нового судебного разбирательства добился не меньшего, чем ему причиталось по судебному решению от 21.01.2003. ЕСПЧ также отметил, что в его распоряжении нет достаточной информации по этому вопросу, поэтому не счел необходимым рассматривать вопрос о наличии нарушения ст. 1 Протокола № 1 в отношении второго заявителя.
ЕСПЧ присудил каждому из заявителей по 3.000 евро компенсации нематериального вреда.

добавлено спустя 41 секунда:

Постановление Европейского Суда по правам человека от 23.07.2009 по делу «Сутяжник» против России» (CASE OF SUTYAZHNIK v. RUSSIA), жалоба № 8269/02.
Решением от 02.03.2006 ЕСПЧ признал жалобу заявителя, некоммерческой организации, на нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод отменой 26.09.2000 Президиумом Высшего Арбитражного Суда РФ судебных постановлений от 17.06.1999 и 18.10.1999, вынесенных арбитражными судами низших инстанций.
Рассматривая дело по существу, Европейский Суд по правам человека остановился на вопросе, свидетельствуют ли обстоятельства данного дела о соблюдении принципа правовой определенности.
Российские власти выдвинули три группы аргументов, оправдывающих отступление в данном деле от принципа правовой определенности.
Во-первых, надзорное производство было возбуждено в «разумный срок». ЕСПЧ отметил, что в то время отсутствовало какое-либо ограничение в отношении срока возможного пересмотра дела, что создавало неопределенность для тяжущихся. То обстоятельство, что у властей заняло менее года для возбуждения пересмотра дела, не влияет на эту фундаментальную проблему неопределенности.
Во-вторых, российские власти утверждали, что заявитель знал, что вынесенное в его пользу решение уязвимо с точки зрения его обжалования в надзорном порядке. ЕСПЧ указал, что проблема была в том, что заявитель не мог предвидеть, когда надзорное производство будет иметь место и будет ли иметь место вообще.
Наконец, российские власти утверждали, что надзорной производство было оправданным, поскольку суды низших инстанций действовали за пределами их юрисдикции, и оно, следовательно, было нацелено на исправление фундаментального дефекта.
ЕСПЧ напомнил, что отступление от принципа правовой определенности оправдано только тогда, когда это необходимо ввиду существенного и непреодолимого характера. Проанализировав обстоятельства данного дела, ЕСПЧ пришел к выводу, что судебное решение было отменено главным образом ради правового пуризма, а не для исправления ошибки, имеющей фундаментальную важность для судебной системы.
ЕСПЧ постановил, что было нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции.

добавлено спустя 26 секунд:

Постановление Европейского Суда по правам человека от 23.07.2009 по делу «Муцаева против России» (CASE OF MUTSAYEVA v. RUSSIA), жалоба № 24297/05.
Заявительница живет в Урус-Мартане (Чеченская Республика).
Около 9 утра 27.08.2001 г-н Хизир Тепсуркаев, сын заявительницы, вышел из дома и отправился по делам в городской суд, расположенный в центре города. По дороге он сел в проезжавшую мимо машину, на которой добрался до центра города, где в это время шла специальная операция, в ходе которой военные останавливали и осматривали каждую машину и проверяли документы у водителей и пассажиров.
Во время проверки машины, в которой ехал г-н Тепсуркаев, выяснилось, что она находится в розыске. Г-н Тепсуркаев был немедленно задержан и увезен военными; с тех пор о нем ничего не известно.
Заявитель пожаловался в связи и вследствие изложенного в ЕСПЧ, и Европейский Суд постановил, что были нарушены статьи 2, 3, 5 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, и присудил заявительнице 35.000 евро компенсации нематериального вреда.

добавлено спустя 1 минута 7 секунд:

Постановление Европейского Суда по правам человека от 16.07.2009 по делу «Харитонов против России» (CASE OF KHARITONOV v. RUSSIA), жалоба № 39898/03.
27.04.2001 заявитель подал иск в Тимирязевский районный суд города Москвы о взыскании компенсации с муниципального предприятия.
18.10.2006 суд решил в пользу заявителя, а 09.11.2006 Московский городской суд оставил решение без изменения.
Заявитель пожаловался в ЕСПЧ на длительность разбирательства его дела, и Европейский Суд постановил, что было нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, и присудил заявителю 2.000 евро компенсации нематериального вреда.

добавлено спустя 1 минута 2 секунды:

Постановление Европейского Суда по правам человека от 16.07.2009 по делу «Царьков против России» (CASE OF TSARKOV v. RUSSIA), жалоба № 16854/03.
Заявитель подозревался в участии в организованной преступной группе. 20.09.2001 заявитель был задержан по подозрению в убийствах, а 21.09.2001 прокурор санкционировал его содержание под стражей в период предварительного расследования.
22.07.2004 Верховный Суд Республики Татарстан решил, что заявитель должен оставаться под стражей во время судебного разбирательства.
24.10.2005 Верховный Суд Республики Татарстан признал заявителя виновным и приговорил его к 21 году лишения свободы. 12.04.2006 Верховный Суд РФ оставил приговор без изменения.
Заявитель пожаловался в ЕСПЧ на нарушение п. 1 с) ст. 5 и ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, поскольку его арест и содержание под стражей во время предварительного следствия были незаконными, а основания, по которым неоднократно продлялись сроки содержания под стражей, не были достаточными, чтобы оправдать длительность содержания под стражей.
Европейский Суд постановил, что было нарушение п. 1 ст. 5 Конвенции содержанием заявителя под стражей с 20.11.2002 по 21.07.2004.
Далее ЕСПЧ отметил, что, не приведя конкретных обстоятельств и не рассматривая альтернативные «меры пресечения», а основываясь по существу на тяжести обвинений, власти продлевали содержание заявителя под стражей на основаниях, хотя и «относимых», но не «достаточных» для оправдания длительности содержания под стражей.
ЕСПЧ постановил, что также было нарушение п. 3 ст. 5 Конвенции.

Постановление Европейского Суда по правам человека от 16.07.2009 по делу «Потапов против России» (CASE OF POTAPOV v. RUSSIA), жалоба № 14934/03.
Частичным решением от 31.08.2006 ЕСПЧ признал жалобу заявителя частично неприемлемой и коммуницировал российским властям жалобу в части заявленных нарушений Конвенции о защите прав человека и основных свобод непредоставлением заявителю юридической помощи для подготовки кассационной жалобы на приговор суда первой инстанции.
Рассмотрев дело по существу, Европейский Суд по правам человека отметил, что заявитель готовил кассационную жалобу без юридической помощи, и у него не было представителя в суде кассационной инстанции. Учитывая тяжесть обвинений и наказания, к которому был приговорен заявитель, ЕСПЧ счел, что помощь адвоката была заявителю необходима, поскольку адвокат мог бы действенно обратить внимание суда кассационной инстанции на какие-либо существенные аргументы в пользу заявителя, которые могли бы повлиять на судебное решение. Поэтому, по мнению Суда, интересы правосудия требовали, чтобы заявитель имел юридическую помощь на этой стадии судебного разбирательства.
ЕСПЧ нашел, что кассационное разбирательство в Верховном Суде РФ не отвечало требованиям справедливости и постановил, что были нарушены п. 1 ст. 6 и п. 3 с) ст. 6 Конвенции.

Постановление Европейского Суда по правам человека от 16.07.2009 по делу «Каримов и другие против России» (CASE OF KARIMOV AND OTHERS v. RUSSIA), жалоба № 29851/05.
Четверо заявителей, жителей Чечни, являются родственниками г-на Арби Каримова.
В относящееся к делу время заявители жили в находящемся под полным контролем российских вооруженных сил поселке Пролетарское Грозненского района.
Примерно в два часа ночи 12.01.2003 около двадцать вооруженных людей в масках и касках взломали входную дверь дома, где в это время спали заявители и г-н Арби Каримов, ворвались в дом, обыскали дом, взяли некоторые вещи, принадлежащие заявителям и г-ну Арби Каримову, забрали и увезли с собой г-на Арби Каримова, о котором с тех пор нет никаких достоверных известий.
В связи и вследствие изложенного заявители пожаловались в ЕСПЧ на нарушение ряда положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, и Европейский Суд постановил, что были нарушены статьи 2, 3, 5, 8 и 13 Конвенции и ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции.

Постановление Европейского Суда по правам человека от 09.07.2009 по делу «Тарнопольская и другие против России» (CASE OF TARNOPOLSKAYA AND OTHERS v. RUSSIA), жалобы №№ 11093/07, 14558/07, 19660/07, 30166/07, 46736/07, 52681/07, 52985/07, 10633/08, 10652/08, 12694/08, 15437/08, 16691/08, 19447/08, 19457/08, 20857/08, 20872/08, 22546/08, 25820/08, 25839/08, 25845/08.
20 заявителей эмигрировали из СССР в Израиль в 1980-е и 1990-е и получили израильское гражданство. Перед эмиграцией они получали от советских властей пенсии по старости, однако когда они покинули СССР, выплаты прекратились в соответствии с советским законодательством, действовавшим в то время. Поскольку они покинули СССР до его распада, они не имели права на пенсию по российскому законодательству.
Заявители инициировали возбуждение гражданских дел о восстановлении выплат пенсий против Пенсионного фонда РФ, и окончательными решениями, вынесенными в 2005-2007, российские суды решили в пользу заявителей.
Пенсионный фонд подал надзорные жалобы на указанные решения, и суды надзорной инстанции обжалованные ответчиком решения отменили.
Заявители пожаловались в ЕСПЧ на нарушение ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции отменой в надзорном порядке вынесенных в их пользу судебных решений.
Европейский Суд по правам человека указал, что несогласие судов надзорной инстанции с трактовкой материального права, данной судами низшей инстанции в окончательных судебных решениях, не является, само по себе, исключительным обстоятельством, оправдывающим отмену окончательного и подлежащего исполнению судебного решения.
ЕСПЧ постановил, что было нарушение ст. 6 Конвенции и ст. 1 Протокола № 1.

Постановление Европейского Суда по правам человека от 09.07.2009 по делу «Кононович против России» (CASE OF KONONOVICH v. RUSSIA), жалоба № 41169/02.
20.06.2000 заявителя задержали по подозрению в совершении уголовного преступления.
23.06.2000 прокурор санкционировал содержание заявителя под стражей.
17.05.2002 Никулинский районный суд г. Москвы признал заявителя виновным и приговорил его к 9 годам лишения свободы. 09.09.2002 Московский городской суд оставил приговор без изменения.
Заявитель пожаловался в ЕСПЧ на, в частности, чрезмерную длительность его содержания под стражей до суда, и Европейский Суд постановил, что было нарушение п. 3 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

radjiv Пол:Муж

07-Сен-2009 19:42

Постановление Европейского суда по правам человека

(Жалоба N 47095/991) (Страсбург, 15 июля 2002 г.)

По делу "Калашников против Российской Федерации" Европейский суд по правам человека (Третья секция), заседая Палатой в составе:

Ж.-П. Коста, Председателя

В. Фурмана,

Л. Лукайдеса,

Н. Братца,

Х.С. Грейв,

К. Трайя,

А. Ковлера, судей

и С. Долле, Секретаря секции суда,

заседая 18 сентября 2001 г. и 24 июня 2002 г. за закрытыми дверями, вынес 24 июня 2002 г. следующее Постановление:


Процедура

1. Дело было инициировано жалобой (N 47095/991) против Российской Федерации, поданной в суд согласно статье 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) российским гражданином Валерием Ермиловичем Калашниковым (далее - заявитель)

1 декабря 1998 г.

2. Предметом жалобы заявителя являются, в частности, условия его содержания под стражей, длительность его содержания под стражей и продолжительность производства по возбужденному против него уголовному делу.

3. Жалоба была передана в производство бывшей Третьей секции суда (пункт 1 Правила 52 Регламента суда). Внутри этой секции на основании пункта 1 Правила 26 Регламента суда была образована Палата для рассмотрения настоящего дела (пункт 1 статьи 27 Конвенции).

4. Как заявитель, так и власти Российской Федерации представили свои замечания по вопросу о приемлемости жалобы и ее существу (подпункт b пункта 3 Правила 54 Регламента суда). Каждая сторона ответила в письменном виде на замечания другой стороны.

5. Слушания по вопросу о приемлемости жалобы и ее существу проходили в открытом заседании во Дворце прав человека в Страсбурге 18 сентября 2001 г. (пункт 4 Правила 54 Регламента суда).

В заседании суда приняли участие:

(а) от властей Российской Федерации:

П. Лаптев, Уполномоченный Российской Федерации

при Европейском суде по правам человека,

Ю. Берестнев,

С. Волковский,

С. Разумов,

Ю.Калинин, советники;

К. Бахтияров,

О. Анкудинов,

В. Власихин, эксперты;

(b) от заявителя:

К. Москаленко, Московский центр международной защиты,

Н. Сонькин, Московская областная коллегия адвокатов,

адвокаты,

В. Калашников,

заявитель

6. Суд заслушал выступления П.Лаптева, К.Москаленко и Н.Сонькина, а также ответы В.Власихина, П.Лаптева и К.Москаленко на вопросы трех судей.

По просьбе суда власти Российской Федерации представили фотографии камеры, в которой содержался заявитель. Власти Российской Федерации передали суду видеоролик с видами камеры и окружающих помещений после ремонта, который был сделан после освобождения заявителя.

7. Решением от 18 сентября 2001 г. суд объявил жалобу частично приемлемой.

Суд затем нашел, что проверка с выездом на место, или "направление миссии с целью установления фактов", не вызывается необходимостью, поскольку в распоряжении суда имелось достаточно материалов дела для того, чтобы прийти к необходимым выводам по делу. В частности, суд нашел, что таковое мероприятие не сможет достичь какой-либо полезной цели, так как нынешние условия в камере, как это было показано в видеозаписи, больше не напоминали условия в период содержания в ней заявителя. Это было подтверждено и представленными фотографиями.

8. 1 ноября 2001 г. суд изменил состав своих секций (пункт 1 Правила 25 Регламента суда), но настоящее дело оставалось в производстве Палаты, образованной внутри бывшей секции III.

9. Стороны не представили дополнительных замечаний по существу жалобы.

10. 28 декабря 2001 г. заявитель предъявил требования о справедливой компенсации в соответствии со статьей 41 Конвенции, по поводу которых власти Российской Федерации представили свои замечания.

Факты

А. Обстоятельства дела

11. Заявитель, 1955 года рождения, проживает в г. Москве. В рассматриваемый период он работал в должности президента Северо-Восточного акционерного банка.

12. 8 февраля 1995 г. против заявителя было возбуждено уголовное дело, детали которого излагаются ниже в подразделе "В". 29 июня 1995 г. заявитель был заключен под стражу, и 3 августа 1999 г. приговором Магаданского городского суда он был осужден по обвинению в незаконном присвоении средств банка и приговорен к лишению свободы.

А. Условия содержания под стражей

13. В период с 29 июня 1995 г. по 20 октября 1999 г. заявитель содержался под стражей в учреждении ИЗ-47/1 (следственный изолятор N 1 - сизо-1) г. Магадана. 20 октября 1999 г. он был направлен для отбывания наказания по приговору городского суда от 3 августа 1999 г. в исправительное учреждение АВ-261/3, расположенное в населенном пункте Талая. 9 декабря 1999 г. он был возвращен в сизо г. Магадана, где и отбывал наказание вплоть до своего освобождения, то есть до 26 июня 2000 г.

1) Фактические обстоятельства в их изложении суду заявителем

14. Что касается первого периода своего заключения в Магаданском сизо, то заявитель утверждал следующее.

Он содержался в камере площадью 17 кв. м., в которой имелось восемь спальных мест в два яруса. При этом в камере почти всегда содержались 24 заключенных, лишь иногда их количество сокращалось до 18. Поскольку каждое спальное место предназначалось для троих заключенных, то спать приходилось по очереди. Остальные ожидали своей очереди, лежа или сидя на полу или картонных коробках. Нормальные условия для сна отсутствовали, поскольку в камере круглосуточно работал телевизор, а в дневное время в камере царила общая суета и шум. Свет в камере никогда не выключался.

15. Унитаз находился в углу камеры, на всеобщем обозрении. Перегородка отделяла унитаз от умывальника, но не от жилой части камеры и обеденного стола. Унитаз находился на возвышении, на высоте приблизительно полметра от пола, а высота перегородки составляла 1,1 м. Так что человек, сидящий на унитазе, был виден не только его сокамерникам, но и надзирателю, наблюдавшему за заключенными через глазок в двери камеры.

Заключенные принимали пищу за столом, который находился в метре от унитаза. Пища была низкого качества.

16. В камере отсутствовала вентиляция, летом в ней было душно и жарко, зимой - очень холодно. В камере все время был спертый воздух, поэтому окно было постоянно открыто. Поскольку вокруг много курили, заявитель невольно стал пассивным курильщиком. Заявитель утверждает, что ему ни разу не выдавали нормальное постельное белье, тарелки и другие столовые приборы. Администрация сизо выдала ему только ватный матрас и тонкое фланелевое одеяло, а столовые принадлежности ему приходилось одалживать у сокамерников, которым их передавали родственники из дома.

17. Камеры сизо кишели тараканами и муравьями, но к их истреблению никаких мер не принималось. Единственная профилактическая санитарная мера состояла в том, что раз в неделю надзиратели приносили заключенным ведро хлорки для туалета.

18. У заявителя возникли различные кожные заболевания и грибковые инфекции, у него сошли ногти на ногах и на некоторых пальцах рук. В период проведения судебного разбирательства по делу заявителя - с 11 ноября 1996 г. по 23 апреля 1997 г. и с 15 апреля 1999 г. по 3 августа 1999 г. в судебном заседании объявлялись перерывы с тем, чтобы заявитель мог пройти курс лечения от чесотки.

Шесть раз в камеру, где содержался заявитель, помещали заключенных с туберкулезом и сифилисом, и ему делали профилактические инъекции антибиотиков.

19. Заявитель утверждает, что его ежедневно выводили из камеры на прогулку только на один час, а горячий душ он мог принимать только два раза в месяц.

20. Наконец, заявитель утверждает, что после того, как 9 декабря 1999 г. он был переведен обратно в сизо, условия содержания существенно не улучшились. Его не обеспечили нормальным постельным бельем, полотенцами или столовыми принадлежностями. Из-за отсутствия соответствующих медикаментов ему не было обеспечено лечение в связи с кожными заболеваниями. Камера, в которую он был помещен, по-прежнему кишела тараканами, и мероприятия по уничтожению насекомых не проводились уже 5 лет. Однако в марте - апреле 2000 г. число заключенных в камере с 8 койками сократилось до 11 человек.

2) Фактические обстоятельства в их изложении суду властями Российской Федерации

21. Власти Российской Федерации утверждали, что площадь камеры, в которой содержался заявитель, составляет 20,8 кв. м. У заявителя было отдельное спальное место, постельные принадлежности, столовые приборы и возможность получения медицинской помощи. Камера рассчитана на 8 человек. В связи с общей переполненностью сизо на каждое спальное место приходилось по двое-трое заключенных. В камере, где содержался заявитель, находилось 11 или более заключенных на каждый данный момент, а обычно число заключенных в ней было 14. Спали по очереди, по восемь часов. Всем заключенным выдавались ватные матрасы, фланелевые одеяла и простыни.

22. В камере, где содержался заявитель, имеется санузел - унитаз и умывальник. Унитаз расположен в углу камеры и отгорожен от жилой части камеры перегородкой высотой 1,1 метра, что обеспечивает уединение для отправления естественных нужд. Эти нормы и требования установлены "Указаниями по проектированию и строительству следственных изоляторов Министерства внутренних дел СССР", утвержденными 25 января 1971 г.

Власти Российской Федерации представили суду фотографии камеры, в которой содержался заявитель, условия в которой, по оценке заявителя, немного изменились с того момента, когда он впервые туда поступил. Власти Российской Федерации передали также суду видеоролик с видами помещений сизо после капитального ремонта, который был сделан после освобождения заявителя.

23. В камере имеются окна, обеспечивающие доступ свежего воздуха и дневного света. Оборудовать камеру системой принудительной вентиляции не представлялось возможным. В жаркий период для улучшения вентиляции можно было открыть окошко двери камеры. Кроме того, заключенные пользовались малыми вентиляторами, которые им передавали из дома.

24. В камере имелся телевизор, принадлежавший заявителю, так что он сам мог решать, когда его включить и когда выключить. Телевизионные передачи транслируются в данном регионе в течение нескольких часов в дневное время.

25. 11 февраля 1998 г. у одного из сокамерников заявителя был обнаружен сифилис. Этот заключенный был сразу помещен в изолятор, где он прошел полный курс лечения этого заболевания. Все остальные заключенные, содержавшиеся в одной камере с больным, в том числе и заявитель, 26 февраля 1998 г. прошли профилактический курс лечения и сдали анализы на серологическую реакцию. Эти меры были осуществлены в соответствии с "Руководством по медицинскому обеспечению лиц, содержащихся в следственных изоляторах и исправительно-трудовых учреждениях МВД СССР", утвержденным 17 ноября 1989 г.

В январе 1999 года один из блоков следственного изолятора был закрыт на реконструкцию, в связи с чем содержавшиеся в нем заключенные были распределены по другим камерам. Заключенные, которых перевели в камеру, где содержался заявитель, находились там в течение недели, и некоторые из них были больны туберкулезом. Однако, по мнению медицинского персонала, это не представляло угрозы для других заключенных, так как больные в этот период проходили амбулаторное лечение.

2 июня 1999 г. в камеру, где содержался заявитель, был помещен заключенный, у которого наблюдались остаточные явления туберкулеза. Этот заключенный в течение двух месяцев проходил профилактическое лечение в целях предотвращения возможных рецидивов заболевания. Поскольку туберкулеза в открытой форме у него не наблюдалось, опасности заражения других заключенных не было.

Заявитель неоднократно проходил флюорографические исследования, никаких отклонений от нормы в грудной клетке обнаружено не было.

15 июня 1999 г. в камеру, где содержался заявитель, был помещен заключенный, который в этот период лечился от сифилиса. Проведенные впоследствии медицинские обследования заявителя дали отрицательные результаты. Анализы крови заявителя, сделанные в этой связи, также дали отрицательные результаты.

26. Заявитель систематически проходил медицинский осмотр, и ему оказывалась помощь врачей-специалистов - дерматолога, терапевта, стоматолога. Когда у заявителя обнаруживались различные заболевания (нейроциркуляторная дистония, чесотка, грибковые заболевания), ему сразу же оказывалась медицинская помощь. В период судебного разбирательства объявлялись перерывы для проведения лечения заявителя.

27. Заявитель имел возможность мыться в душе раз в неделю, а на прогулку его выводили на два часа в день.

28. Наконец, по информации властей Российской Федерации, для предотвращения инфекционных заболеваний в следственных изоляторах осуществляется профилактическая дезинфекция в целях своевременного уничтожения патогенных микроорганизмов, членистоногих и грызунов, в соответствии с вышеупомянутым Руководством МВД СССР 1989 года. При этом отмечается, что, действительно, распространенность насекомых в следственных изоляторах - большая проблема.

3) Медицинская карта и заключение медицинской экспертной комиссии

29. По данным медицинской карты заявителя, в декабре 1996 года он болел чесоткой, в июле и августе 1997 года - аллергическим дерматитом, в июне 1999 года у него возникло грибковое инфекционное заболевание на ступнях, в августе 1999 года - на пальце руки, в сентябре 1999 года - микоз, в октябре 1999 года - грибковое инфекционное заболевание на ступнях, руках и в паховой области. В медицинской карте также указывается, что в связи со всеми этими заболеваниями проведено лечение.

30. Заключение медицинской экспертной комиссии, подготовленное в июле 1999 года, указывало, что у заявителя имелись нейроциркуляторная дистония, астеноневротический синдром, хронический гастродуоденит, грибковые инфекционные заболевания на ногах, руках и в паховой области, а также микоз.

В. Производство по уголовному делу и обжалование меры пресечения в виде содержания под стражей

31. 8 февраля 1995 г. заявитель был привлечен к уголовной ответственности по подозрению в незаконном присвоении средств банка, и в отношении него была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде. Было возбуждено уголовное дело за номером 48529.

32. 17 февраля 1995 г. ему было предъявлено обвинение в присвоении 2 050 000 акций, принадлежащих другой компании.

33. 29 июня 1995 г. по постановлению следователя и с санкции прокурора заявитель был арестован и заключен под стражу на время проведения следствия на том основании, что он препятствовал установлению истины по уголовному делу. В частности, в постановлении указывалось, со ссылками на конкретные эпизоды, что заявитель отказывался предоставить определенные банковские документы, необходимые следствию, оказывал давление на свидетелей и занимался подлогом документов. В постановлении отмечался также тяжкий характер преступления, в совершении которого его обвиняли.

Срок его содержания под стражей впоследствии продлевался решениями соответствующего прокурора, даты принятия этих решений не указываются.

34. 4 июля 1995 г., 31 августа 1995 г. и 26 сентября 1995 г. адвокатом заявителя подавались ходатайства об освобождении его из-под стражи в Магаданский городской суд, который отклонил эти ходатайства соответственно 14 июля 1995 г., 9 сентября 1995 г. и 4 ноября 1995 г.

35. Заявитель утверждает, что с августа 1995 года по ноябрь 1995 года следствие не проводилось, так как оба следователя, в производстве которых находилось данное дело, находились в отпусках, а лицо, которому оно временно было передано, не предпринимало никаких действий.

26. 14 декабря 1995 г. заявителю были предъявлено обвинение, в котором содержалось 8 дополнительных пунктов, связанных с незаконным присвоением средств банка.

37. 6 февраля 1996 г. предварительное следствие по обвинению, предъявленному заявителю, было окончено, и дело было направлено в Магаданский городской суд.

38. 1 марта 1996 г. заявитель подал в городской суд ходатайство об освобождении его из-под стражи, которое было отклонено 27 марта 1996 г.

39. 27 марта 1996 г. городской суд решил возвратить дело прокурору Магаданской области для производства дополнительного расследования. Прокурором области был подан протест в Магаданский областной суд на решение о возвращении дела на дополнительное расследование; областной суд решением от 29 апреля 1996 г. подтвердил решение от 27 марта 1996 г.

40. По окончании дополнительного расследования 15 мая 1996 г. прокурор области направил дело в городской суд 19 июня 1996 г.

41. В тот же период, 16 мая 1996 г., заявитель подал в городской суд ходатайство об освобождении из-под стражи, в котором указал, что из-за плохих условий содержания его здоровье ухудшилось. 26 мая 1996 г. его ходатайство об освобождении из-под стражи было отклонено.

23 июня 1996 г. заявитель вновь обратился с просьбой об освобождении из-под стражи.

42. 11 ноября 1996 г. городской суд приступил к рассмотрению дела заявителя. В тот же день суд отклонил его ходатайство об освобождении из-под стражи, заявленное 23 июня 1996 г.

43. В ходе судебного заседания 27 декабря 1996 г. заявитель обратился к городскому суду с просьбой освободить его из-под стражи по медицинским показаниям. Он заявил, что в его камере, где содержится 21 заключенный, коек только восемь; вентиляция отсутствует, а все заключенные курят; постоянно на всю громкость включен телевизор; кроме того, он заболел чесоткой. Получив медицинскую справку, подтверждавшую факт заболевания чесоткой, суд отложил рассмотрение дела до 14 января 1997 г. При этом суд отклонил просьбу подсудимого об освобождении из-под стражи ввиду тяжести преступления, в котором он был обвинен, и опасений по поводу того, что в случае освобождения из-под стражи подсудимый будет препятствовать установлению истины.

44. Рассмотрение дела заявителя городским судом продолжалось до 23 апреля 1997 г.

7 мая 1997 г. рассмотрение дела было приостановлено в связи с отстранением от занимаемой должности председательствовавшего судьи за совершение ненадлежащих действий, не имевших отношения к делу заявителя.

45. 15 июня 1997 г. заявитель вновь подал ходатайство об освобождении из-под стражи, ссылаясь на плохие условия содержания.

46. В июле 1997 г. дело заявителя было передано в производство другому судье, который назначил дело к слушанию на 8 августа 1997 г. В назначенный день заседание не состоялось, так как в нем не смог участвовать защитник по состоянию здоровья. Ходатайство заявителя об освобождении из-под стражи было отклонено ввиду тяжести преступления, в котором он был обвинен, и опасений по поводу того, что подсудимый станет препятствовать установлению истины по уголовному делу.

Следующее ходатайство заявителя об освобождении из-под стражи было подано 21 сентября 1997 г. и отклонено 21 октября 1997 г.

47. 22 октября 1997 г. заявитель подал жалобу по поводу своего дела в Магаданский областной суд с просьбой передать дело из городского суда для рассмотрения в областной суд. Он также подал жалобу в Верховный суд Российской Федерации, который направил ее на рассмотрение в Магаданский областной суд. Письмами от 31 октября 1997 г. и от 25 ноября 1997 г. областной суд информировал заявителя об отсутствии оснований для принятия дела к производству этим судом и предложил заявителю обращаться с любыми вопросами по поводу его дела в городской суд. Областной суд также предложил городскому суду принять меры к рассмотрению дела заявителя.

48. 21 ноября 1997 г. он направил жалобы в различные инстанции, в частности в Администрацию Президента Российской Федерации, в Магаданский городской суд, в Высшую квалификационную коллегию судей Российской Федерации - орган, занимающийся вопросами профессиональной компетентности судей, - а также Генеральному прокурору Российской Федерации. В этих обращениях заявитель, inter alia, жаловался на ужасные условия содержания при отсутствии какого-либо решения по существу обвинений, на то, что он заболел различными кожными заболеваниями, что у него отвалились ногти на пальцах ног и имеются нарушения в работе сердца.

49. В своем письме от 5 февраля 1998 г. председатель Магаданского городского суда сообщил заявителю, ссылаясь на сложность дела и большую загруженность судей, что суд возобновит рассмотрение его дела до 1 июля 1998 г.

50. 11 февраля 1998 г. Магаданский областной суд направил в городской суд 11 жалоб заявителя, переадресованных Генеральным прокурором Российской Федерации, Верховным судом Российской Федерации и другими инстанциями.

51. 23 февраля 1998 г. заявитель объявил голодовку, чтобы привлечь внимание властей к тому, что он содержится под стражей в течение длительного периода, при том, что его дело судом не рассматривается, и продолжал голодовку до 17 марта 1998 г.

52. 1 марта 1998 г. заявитель подал жалобу в связи с возбужденным против него уголовным делом в Администрацию Президента Российской Федерации и в один из комитетов Государственной Думы с просьбой о содействии в передаче его дела в Магаданский областной суд.

53. 3 марта 1998 г. Управление юстиции Магаданской области в ответ на жалобу заявителя, поданную в Министерство юстиции Российской Федерации, заявило, что суд сможет рассмотреть дело во второй половине 1998 года.

54. В тот же период заявитель обратился в Конституционный суд Российской Федерации с жалобой о несоответствии Конституции Российской Федерации положений статей 223-1 и 239 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, касающихся предельных сроков начала рассмотрения дел в суде. В письме от 10 марта 1998 г. Конституционный суд известил заявителя о том, что, поскольку оспариваемые положения не устанавливают каких-либо сроков содержания под стражей на период судебного разбирательства по делу, его жалоба не подлежит рассмотрению.

55. Заявитель также обратился с жалобой на задержку в рассмотрении его дела в Высшую квалификационную коллегию судей Российской Федерации, которая письмом от 30 марта 1998 г. предложила Магаданскому областному суду разобраться в этом вопросе.

56. 2 апреля 1998 г. заявитель подал жалобу в Верховный суд Российской Федерации по поводу задержки с назначением судебного заседания для рассмотрения его дела, ссылаясь, в том числе и на плохие условия содержания. Копии этой жалобы были направлены и в другие инстанции. Все жалобы заявителя были направлены инстанциями, в которые они были поданы, для рассмотрения в Магаданский городской суд.

57. 13 апреля 1998 г. Магаданский областной суд проинформировал заявителя о том, что городскому суду предложено принять меры к рассмотрению его дела. В сообщении областного суда также отмечалось, что данное дело должно быть рассмотрено по первой инстанции городским судом, а областной суд может выступить лишь в качестве кассационной инстанции.

58. 25 мая 1998 г. заявитель возбудил ходатайство в городском суде о передаче его дела в областной суд для рассмотрения по первой инстанции.

28 мая 1998 г. решением председателя областного суда в целях ускорения производства дело заявителя было передано в Хасынский районный суд.

59. 11 июня 1998 г. заявитель обратился с жалобой по поводу задержки начала судебного рассмотрения его дела в Высшую квалификационную коллегию судей Российской Федерации.

60. 16 июня 1998 г. заявитель обратился в Хасынский районный суд с просьбой освободить его из-под стражи, указав в своем обращении, что здоровье его ухудшилось в результате пребывания в переполненном следственном изоляторе и из-за плохих условий содержания в камере.

В тот же день он подал заявление в Хасынский районный суд с просьбой о передаче его дела на рассмотрение в Магаданский областной суд. В своем заявлении он указал, что передача его дела в Хасынский районный суд незаконна и что удаленность этого суда от г. Магадана затруднит объективное и справедливое рассмотрение дела.

61. 1 июля 1998 г. заявитель обратился в областной суд с жалобой, в которой указал, что Хасынский районный суд до сих пор не назначил дело к слушанию, и попросил областной суд ускорить производство по его делу.

62. 3 июля 1998 г. дело было возвращено в Магаданский городской суд, так как заявитель выразил несогласие с передачей его в Хасынский районный суд.

63. 8 июля 1998 г. заявитель получил письмо из областного суда, в котором сообщалось об отсутствии оснований для рассмотрения его дела областным судом по первой инстанции и для принятия дела указанным судом к своему производству.

На следующий день заявитель обратился в городской суд с просьбой об освобождении его из-под стражи, ссылаясь на плохие условия содержания.

64. 31 июля 1998 г. заявитель подал жалобу в Высшую квалификационную коллегию судей Российской Федерации по поводу того, что городской суд в течение длительного времени никак не может рассмотреть его дело. 19 августа 1998 г. его жалоба была передана в Магаданский областной суд с запросом о предоставлении информации по поводу жалобы, а также о работе городского суда. 27 августа 1998 г. Областной суд направил жалобу заявителя в городской суд.

Заявитель подал жалобу и в Магаданский областной суд по поводу задержки начала судебного разбирательства по его делу; 11 августа 1998 г. областной суд передал эту жалобу в городской суд.

65. 7 сентября 1998 г. заявитель направил еще одну жалобу в Высшую квалификационную коллегию судей Российской Федерации, в которой указал, что все ранее поданные им жалобы передавались Магаданским областным судом в городской суд, но никакие меры не предпринимались. 23 сентября 1998 г. жалоба заявителя была передана в Магаданский областной суд с напоминанием о ранее сделанном запросе на предоставление информации по поводу причин столь длительной задержки в рассмотрении дела заявителя. 7 сентября 1998 г. заявитель также подал жалобу по поводу проволочек в производстве по делу в Верховный суд Российской Федерации.

5 октября 1998 г. заявитель подал новые жалобы в областную и Высшую квалификационные коллегии судей Российской Федерации.

66. 13 ноября 1998 г. городской суд назначил судебное заседание по рассмотрению данного дела на 28 января 1999 г.

67. 25 ноября 1998 г. заявитель подал жалобу в Высшую квалификационную коллегию судей Российской Федерации на действия председателя Магаданского городского суда, по-видимому, с требованием о возбуждении против него уголовного дела. 22 декабря 1998 г. эта жалоба была передана на рассмотрение председателю Магаданского областного суда с предложением отчитаться перед соответствующей квалификационной коллегией в случае, если утверждения заявителя окажутся обоснованными.

16 декабря 1998 г. Магаданский областной суд передал в городской суд очередную жалобу заявителя.

68. 18 января 1999 г. заявитель подал в городской суд заявление об освобождении его из-под стражи.

69. 28 января 1999 г. Магаданский городской суд принял решение о возвращении дела заявителя прокурору для производства дополнительного расследования в связи с нарушениями процессуальных норм, допущенными органами следствия. Указанные нарушения состояли в неполном предъявлении материалов дела обвиняемому по окончании предварительного следствия, а также в неточной регистрации документов дела. Суд отказал заявителю в просьбе об освобождении из-под стражи, исходя из тяжести предъявленных обвинений и опасений по поводу того, что в случае освобождения из-под стражи подсудимый станет препятствовать установлению истины. Заявитель обжаловал этот отказ в Магаданском областном суде, который 15 марта 1999 г. оставил жалобу без удовлетворения. В то же время областной суд отменил решение о возвращении дела органам следствия как необоснованное и дал указание городскому суду приступить к его рассмотрению. Отдельным решением, вынесенным в тот же день, областной суд признал длительную задержку в рассмотрении дела необоснованной ввиду того, что дело не представляло особой сложности, и предложил городскому суду в течение месяца представить информацию о принятых мерах.

70. 17 марта 1999 г. заявитель вновь обратился в городской суд с просьбой об освобождении из-под стражи.

В тот же день он направил в Высшую квалификационную коллегию судей Российской Федерации жалобу по поводу длительного содержания его под стражей без какого-либо решения суда. Пять дней спустя заявитель обратился с аналогичной жалобой в областную квалификационную коллегию судей.

5 апреля 1999 г. заявитель подал очередную жалобу в Высшую квалификационную коллегию судей Российской Федерации по поводу длительных проволочек в производстве по его делу.

71. 15 апреля 1999 г. городской суд возобновил рассмотрение дела заявителя.

В ходе судебного заседания 20 апреля 1999 г. прокурор обратился с просьбой о проведении психиатрического освидетельствования заявителя в целях оценки его психического здоровья ввиду длительного содержания под стражей. Городской суд удовлетворил эту просьбу и отложил в судебном заседании рассмотрение дела до 30 апреля 1999 г.

72. В ходе судебного заседания 30 апреля 1999 г. заявитель вновь обратился с просьбой об освобождении из-под стражи, но его просьба была отклонена. Заявитель утверждал, что страдал от недосыпания. В камере содержались 18 заключенных, и им приходилось спать по очереди. Он также заявил, что не сможет препятствовать установлению истины по делу, так как все следственные действия уже произведены.

Прокурор, участвовавший в заседании, обратился к городскому суду с просьбой потребовать от администрации места содержания заявителя под стражей обеспечить заявителю условия для нормального сна и отдыха на период рассмотрения его дела в суде. Прокурор также заявил о намерении возбудить аналогичное ходатайство перед прокурором, осуществляющим надзор за деятельностью мест содержания под стражей.

Заявитель также сообщает, что впоследствии прокурор, осуществлявший надзор за условиями содержания заключенных, посетил его камеру и признал, что заключенные содержатся в плохих условиях, но заявил при этом, что в других камерах условия ничем не лучше, а средств на улучшение условий содержания нет.

73. В ходе судебного заседания 8 июня 1999 г. заявитель обратился с ходатайством об освобождении из-под стражи. Он указал, что в камере, где содержались 18 заключенных, он не может надлежащим образом подготовиться к даче показаний в суде. Он также заявил, что дважды заражался чесоткой, и что ему не меняют постельное белье. Ходатайство заявителя было отклонено.

74. В ходе судебного заседания 16 июня 1999 г. заявитель вновь обратился с ходатайством об освобождении из-под стражи, ссылаясь на плохие условия содержания. Он также заявил, что приобрел грибковое заболевание, а все тело в болячках от укусов клопов, которыми кишела его постель. Он и двое других заключенных вынуждены использовать одну койку для сна по очереди. В душ заключенных водят раз в две недели. В камере нечем дышать, так как все курят. Он плохо себя чувствует, у него болит сердце. Он похудел, его вес снизился с 96 кг до 67 кг. Он также указал, что в случае освобождения из-под стражи не сможет чинить препятствий в рассмотрении дела.

Городской суд постановил оставить просьбу заявителя без рассмотрения, по-видимому, в связи с тем, что она была подана вне связи с вопросами данного заседания.

75. 22 июня 1999 г. Высшая квалификационная коллегия судей Российской Федерации отстранила от занимаемых должностей председателя Магаданского городского суда, а также председателя Магаданского областного суда и двух его заместителей, - за допущенные проволочки с рассмотрением дела заявителя.

76. В ходе заседания в городском суде 23 июня 1999 г. заявитель сказал, что не может участвовать в судебном заседании из-за плохого самочувствия. Суд назначил медицинское освидетельствование заявителя экспертной комиссией с тем, чтобы установить, позволяло ли ему состояние здоровья участвовать в судебном разбирательстве и не следовало ли его госпитализировать

В заключении комиссии, представленном в июле 1999 года (точная дата не указана), говорится, что у заявителя имеется ряд заболеваний (см. выше д 30). По мнению экспертов, для лечения этих заболеваний госпитализация не требовалась, и что заявитель мог по-прежнему содержаться в следственном изоляторе. Эксперты пришли к заключению, что состояние здоровья заявителя позволяло ему участвовать в судебных заседаниях и давать показания.

77. В судебном заседании 15 июля 1999 г. заявитель обратился к суду с ходатайством об освобождении его из-под стражи. Он заявил, что суд практически завершил исследование доказательств, так что он никак не сможет воспрепятствовать установлению истины по делу. Ходатайство заявителя было отклонено.

78. В определении, датированном тем же днем, городской суд отметил, что в период с 15 апреля по 15 июля 1999 г. им рассмотрено более 30 обращений заявителя, в том числе повторные обращения по поводу ранее отклоненных ходатайств. Суд отметил, что заявитель высказывался в том смысле, что будет давать показания только в том случае, если его обращения будут удовлетворены, и что суд усматривает в такой позиции сознательную попытку затянуть судебное разбирательство.

79. Городским судом были заслушаны показания 9 из 29 свидетелей, которые должны были явиться в суд по повестке. Показания не явившихся в суд 12 свидетелей, данные ими в ходе предварительного следствия, были оглашены в открытом судебном заседании.

80. Приговором от 3 августа 1999 г. городской суд признал заявителя виновным по одному пункту обвинительного заключения, в котором содержались 9 отдельных обвинений, еще по двум пунктам он был признан невиновным. Суд назначил заявителю наказание в виде лишения свободы сроком на 5 лет и 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительном учреждении общего режима, с исчислением срока наказания с 29 июня 1995 г. Городской суд отметил низкое качество предварительного следствия и указал на необоснованные попытки следователей увеличить число пунктов обвинения. Кроме того, суд выявил нарушения процессуальных норм, выразившиеся, inter alia, в недостатках, связанных с надлежащим представлением в суд необходимых документов. Эти недостатки пришлось устранять в ходе судебного рассмотрения дела, что и привело к задержке производства по делу. Суд указал, что в ходе расследования не был обеспечен надлежащий надзор за соблюдением процессуальных норм со стороны органов, осуществлявших руководство следствием, а также со стороны прокуратуры Магаданской области.

Определением от того же числа городской суд вынес решение о возвращении дела в одной из частей обвинения прокурору для производства дополнительного расследования. Заявитель обжаловал данное определение в Верховный суд Российской Федерации, который 30 сентября 1999 г. признал вынесенное определение законным.

81. Приговор городского суда от 3 августа 1999 г. мог быть обжалован в областном суде в течение семи дней после его провозглашения. Заявитель не подал кассационную жалобу, так как полагал, что областной суд также сыграл свою роль в вынесении обвинительного приговора, и считал, что шансов на успех у него нет. 11 августа 1999 г. приговор городского суда вступил в законную силу.

82. 11 августа 1999 г. заявитель подал начальнику следственного изолятора, в котором он содержался, заявление о переводе его для отбывания наказания в административно-хозяйственную часть этого же изолятора.

83. 25 октября 1999 г. заявитель подал жалобу в порядке надзора на имя председателя Верховного суда Российской Федерации с просьбой о пересмотре приговора городского суда. 11 ноября 1999 г. жалоба была отклонена.

30 ноября 1999 г. заявитель подал еще одну жалобу в порядке надзора в Верховный суд Российской Федерации, который отклонил ее 9 июня 2000 г.

84. 24 сентября 1999 г. в ходе продолжавшегося производства по уголовному делу мера пресечения в виде содержания под стражей была изменена на подписку о невыезде. Однако заявитель продолжал находиться в заключении, отбывая назначенное ему наказание.

85. 29 сентября 1999 г. уголовное дело по остальным обвинениям было прекращено в связи с отсутствием в действиях заявителя состава преступления.

Однако 30 сентября 1999 г. против заявителя было выдвинуто новое обвинение в незаконном присвоении имущества, совершенном в период работы в должности президента банка.

86. 19 октября 1999 г. по окончании предварительного следствия соответствующий прокурор утвердил обвинительное заключение и передал дело для рассмотрения в Магаданский городской суд. Обвинительное заключение имело тот же номер, что и первоначальное уголовное дело (N 48529), в нем было указано, что уголовное дело возбуждено 8 февраля 1995 г. Судебное разбирательство по делу заявителя началось 20 декабря 1999 г. Приговором от 31 марта 2000 г. городской суд признал заявителя невиновным в преступлении по вновь предъявленному обвинению.

87. 26 июня 2000 г. заявитель был освобожден из мест заключения в связи с амнистией, объявленной 26 мая 2000 г.


Последний раз редактировалось: radjiv (07.09.2009 19:54), всего редактировалось 1 раз

swin6 Пол:Муж

07-Сен-2009 19:54

Постановление Европейского Суда по правам человека от 09.07.2009 по делу «Илатовский против России» (CASE OF ILATOVSKIY v. RUSSIA), жалоба № 6945/04.
27.12.2002 районный суд в составе председательствующего судьи и двух народных заседателей признал заявителя виновным в совершении уголовного преступления.
Заявитель и его адвокат обжаловали приговор на том, в частности, основании, что народные заседатели не были отобраны в соответствии с процедурой, установленной законом.
14.11.2003 суд кассационной инстанции отклонил жалобу заявителей и оставил приговор без изменения.
Заявитель пожаловался в ЕСПЧ на нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, поскольку суд, рассмотревший его дело, не был создан на основании закона.
Европейский Суд постановил, что было нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции.

добавлено спустя 34 секунды:

Постановление Европейского Суда по правам человека от 09.07.2009 по делу «Авдеев и Веряев против России" (CASE OF AVDEYEV AND VERYAYEV v. RUSSIA), жалоба № 2737/04.
Заявители, милицейские следователи, 09.04.2003 были признаны районным судом виновными в злоупотреблении должностными полномочиями и приговорены к лишению свободы сроком на 3,5 и 3 года соответственно.
05.06.2003 областной суд отменил приговор от 09.04.2003, возвратил дело на новое рассмотрение и без указания причин или законных оснований постановил, что заявители должны оставаться под стражей.
12.02.2004 районный суд вновь признал заявителей виновными и приговорил их к лишению свободы сроком на 3 года и 5 месяцев и 3 года, соответственно. 01.04.2004 областной суд оставил приговор без изменения.
Заявители пожаловались в ЕСПЧ на нарушение п. 1 (с) ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод незаконностью их содержания под стражей в определенный период времени и п. 3 ст. 5 Конвенции чрезмерной длительностью их содержания под стражей.
Европейский Суд по правам человека постановил, что указанные статьи были нарушены.

добавлено спустя 1 минута 57 секунд:

Постановление Европейского Суда по правам человека от 09.07.2009 по делу «Генералов против России" (CASE OF GENERALOV v. RUSSIA), жалоба № 24325/03.
Заявитель пожаловался в ЕСПЧ на нарушение ряда положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод; в частности, заявитель указывал, что 31.05.2002 он обжаловал в суд плохое с ним обращение и дисциплинарные наказания, наложенные на него руководством колонии, где он отбывал наказание, и требовал в возмещение причиненного вреда 45.000 рублей. 16.07.2002 районный суд на основании ст. 129 ГПК РСФСР отказал в принятии указанного заявления, поскольку заявление в нарушение ст. 91 Уголовно-исполнительного кодекса РФ не было направлено ни через тюремную почтовую службу, ни через уполномоченного представителя, находящегося вне колонии.
Европейский Суд решением от 15.11.2007 признал жалобу частично приемлемой.
Рассмотрев дело по существу, ЕСПЧ постановил, что были нарушены:
ст. 3 Конвенции условиями содержания заявителя под стражей и отсутствием эффективного расследования утверждений заявителя о плохом с ним обращении;
ст. 6 Конвенции. ЕСПЧ отметил, что российский суд отказал в принятии заявления, поскольку заявитель направил его непосредственно в суд, не представив его руководству колонии. Однако такой отказ не основывается на положениях ст. 129 ГПК РСФСР, на которую суд сослался в обоснование отказа. Соответственно, отказ в принятии заявления не был основан на ГПК РСФСР. Поскольку ГПК РСФСР не предоставляет возможности основываться на других законах при ограничении доступа в суд, постольку не было никаких законных оснований для отказа в принятии заявления.

radjiv Пол:Муж

07-Сен-2009 19:57

(Жалоба N 47095/991) (Страсбург, 15 июля 2002 г.)

По делу "Калашников против Российской Федерации" Европейский суд по правам человека (Третья секция), заседая Палатой в составе:

Ж.-П. Коста, Председателя

В. Фурмана,

Л. Лукайдеса,

Н. Братца,

Х.С. Грейв,

К. Трайя,

А. Ковлера, судей

и С. Долле, Секретаря секции суда,

заседая 18 сентября 2001 г. и 24 июня 2002 г. за закрытыми дверями, вынес 24 июня 2002 г. следующее Постановление:
II. Право

I. Предполагаемое нарушение статьи 3 Конвенции

92. Заявитель жалуется на условия его содержания в следственном изоляторе ИЗ-47/1 г.Магадана. При этом заявитель ссылается на Статью 3 Конвенции, которая устанавливает:

"Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию".

Заявитель, в частности, ссылается на переполненность камеры, в которой он содержался, антисанитарные условия содержания в ней, а также на длительность срока, в течение которого он находился под стражей в таких условиях, что отрицательно сказалось на его физическом здоровье и подвергло его унижению и страданиям.

93. Власти Российской Федерации утверждали, что условия содержания под стражей заявителя не могут приравниваться к пытке или бесчеловечному либо унижающему достоинство наказанию. Условия содержания заявителя не отличались от условий содержания большинства лиц, заключенных под стражу в России, или, по крайней мере, не были хуже. Власти не имели умысла на причинение физических страданий заявителю или вреда его здоровью. Администрация следственного изолятора предприняла все возможные меры, чтобы обеспечить лиц, страдающих заболеваниями, медицинской помощью, и не допустить инфекционного заражения других заключенных.

94. Власти Российской Федерации признали тот факт, что по причинам состояния экономики условия содержания лиц под стражей в России весьма неудовлетворительны и не отвечают требованиям, установленным для пенитенциарных учреждений других государств - членов Совета Европы. При этом Российское государство делает все возможное, чтобы улучшить условия содержания под стражей в России. Государство приняло ряд целевых программ строительства новых следственных изоляторов и реконструкции имеющихся и программ борьбы с туберкулезом и другими инфекционными заболеваниями в местах лишения свободы. Реализация этих программ позволит вдвое увеличить площади для заключенных и улучшить санитарные условия в следственных изоляторах.

95. Суд напоминает, что Статья 3 Конвенции закрепила один из фундаментальных идеалов демократического общества. Она в абсолютных выражениях запрещает пытку либо бесчеловечное или унижающее достоинство человека обращение или наказание вне зависимости от обстоятельств и образа действий жертвы (см., например, постановление Большой Палаты Европейского cуда по делу "Лабита против Италии" (Labita v. Italy), жалоба N 26772/95, _ 119, ECHR 2000-IV).

Суд также напоминает, что в соответствии с установленными им в нормах прецедентного права требованиями, неправомерное обращение с человеком должно нести в себе некий минимум жестокости, чтобы на акт такого обращения распространялось действие Статьи 3 Конвенции. Оценка этого минимума относительна - она зависит от обстоятельств дела, таких как продолжительность неправомерного обращения с человеком, его физические и психические последствия для человека, а в некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья жертвы (среди других источников правовых требований по данному вопросу см., в частности, постановление Европейского суда по делу "Ирландия против Соединенного Королевства" (Ireland v. United Kingdom) от 18 января 1978 г. Series A, N 25, p. 65, _ 162).

Суд в своей практике относил обращение с тем или иным лицом к категории "бесчеловечного", inter alia, в случае преднамеренного характера такого обращения, если оно имело место на протяжении нескольких часов беспрерывно или если в результате этого обращения был нанесен реальный физический вред человеку либо причинены глубокие физические или психические страдания. Обращение с человеком считается "унижающим достоинство", если оно таково, что вызывает в жертвах такого обращения чувство страха, страдания и неполноценности, которые заставляют их ощущать себя униженными и попранными (см., например, постановление Большой Палаты Европейского суда по делу "Кудла против Польши" (Kudla v. Poland), жалоба N 30210/96, _ 92, ECHR 2000-XI). Изучая вопрос о том, какая форма обращения с человеком является "унижающей достоинство" в значении Статьи 3 Конвенции, Суд устанавливает, было ли целью обращения унизить и попрать достоинство лица и - что касается последствий - отразилось ли такое обращение на этом лице в форме, не совместимой со Статьей 3 (см., например, постановление Европейского суда по делу "Ранинен против Финляндии" (Raninen v. Finland) от 16 декабря 1997 г. Reports of Judgments and Decisions, 1997-VIII, pp. 2821 - 22, _ 55). Однако отсутствие таковой цели не исключает категорически возможность того, что Суд все-таки установит в обжалуемом деянии нарушение Статьи 3 (см., например, постановление Большой Палаты Европейского суда по делу "Пирс против Греции" (Peers v. Greece), жалоба N 28524/95, _ 74, ECHR 2001-III). Степень страдания и унижения как составляющих "унижающее достоинство" обращения, запрещенного Статьей 3, должна в любом случае быть выше степени страдания или унижения как неизбежного элемента той или иной конкретной формы правомерного обращения или законного наказания.

Довольно часто меры, связанные с лишением человека свободы, включают такой элемент. И все же нельзя утверждать, что содержание под стражей до Суда само по себе является проблемой в свете Статьи 3 Конвенции. Но нельзя и толковать Статью 3 как обязывающую соответствующие власти во всех случаях освобождать из-под стражи заключенного по причине плохого здоровья или направлять его в общую больницу для прохождения конкретно предписанного курса лечения.

Тем не менее в соответствии с этой Статьей государство должно принимать меры к тому, чтобы лицо содержалось бы под стражей в условиях, которые совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом формы и методы реализации этой меры пресечения не должны причинять ему лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а его здоровье и благополучие - с учетом практических требований режима лишения свободы - должны быть адекватно гарантированы (см. постановление Большой Палаты Европейского суда по делу "Дугоз против Греции" (Dougoz v. Greece), жалоба N 40907/98, 46, ECHR 2001-II).

96. В связи с настоящим делом Суд отмечает, что заявитель содержался в следственном изоляторе ИЗ-47/1 г. Магадана с 29 июня 1995 г. по 20 октября 1999 г. и затем с 9 декабря 1999 г. по 26 июня 2000 г. Суд напоминает, что в соответствии с общепризнанными принципами международного права нормы Конвенции имеют обязательную силу по отношению к Высоким Договаривающимся Сторонам только применительно к фактам, которые имели место после вступления ее в силу. Конвенция вступила в силу в отношении России 5 мая 1998 г. Однако, оценивая последствия для заявителя его условий содержания под стражей, которые в целом были одинаковы на всем протяжении его заключения, как до Суда, так и после его осуждения, Суд вправе рассмотреть весь период времени его нахождения под стражей, включая и время до 5 мая 1998 г.

97. Суд сразу же замечает, что площадь камеры, в которой содержался заявитель, была 17 кв. м. - согласно утверждениям заявителя, или 20, 8 кв. м. - согласно данным властей Российской Федерации. Камера была оборудована двухъярусными спальными местами и была рассчитана на 8 заключенных. Можно усомниться, насколько такие условия вправе считаться отвечающими приемлемым стандартам. В этой связи Суд напоминает, что Европейский Комитет по предотвращению пыток и бесчеловечного и негуманного обращения (далее - ЕКПП) принял площадь в 7 кв. м. на заключенного как примерный, желательный стандарт для обустройства камер для заключенных (см. Второй общий доклад ЕКПП. CPT/Inf (92) 3, _ 43), то есть 56 кв. м, если речь идет о 8 заключенных.

Согласно утверждениям заявителя, несмотря на то, что камера была рассчитана на 8 заключенных, обычно число заключенных в камере в период его пребывания там колебалось от 18 до 24 человек. В своем ходатайстве об освобождении из-под стражи от 27 декабря 1996 г. заявитель указывал, что в камере, оборудованной 8 спальными местами, находился 21 человек. В аналогичном ходатайстве от 8 июня 1999 г. он указывал, что в камере находилось 18 заключенных (см. выше __ 43 и 73).

Суд отмечает, что власти Российской Федерации со своей стороны признали, что ввиду общей переполненности данного следственного изолятора сверх нормы каждое спальное место в камерах использовалось двумя или тремя заключенными. Вместе с тем власти Российской Федерации, похоже, не согласились с заявителем относительно числа заключенных, содержавшихся в его камере. По утверждениям властей Российской Федерации в камере, где содержался заявитель, находилось 11 или более заключенных на каждый данный момент, а обычно число заключенных в ней было 14. Однако власти Российской Федерации не представили никаких доказательств в подтверждение приведенных ими данных. Согласно утверждению заявителя, число заключенных в камере было сокращено до 11 человек лишь марте - апреле 2000 года.

Суд не видит для себя необходимости разрешать разногласие между властями Российской Федерации и заявителем на сей счет. Представленные сведения свидетельствуют, что на каждый данный отрезок времени на каждого заключенного в камере, где содержался заявитель, приходилось 0,9 - 1,9 кв. м. площади. Таким образом, по мнению Суда, камера была постоянно сильно переполнена сверх нормы. Такое положение дел само по себе поднимает вопрос в силу Статьи 3 Конвенции.

Более того, из-за хронической переполненности заключенные в камере, где содержался заявитель, вынуждены были спать на койках по очереди, сменами по 8 часов. Из ходатайства заявителя об освобождении из-под стражи, поданного 16 июня 1999 г., следует, что в тот период он использовал спальное место для сна посменно с двумя другими заключенными (см. выше _ 74). Ненормальные условия сна усугублялись тем, что свет в камере был постоянно включен; они также усугублялись общей суетой и шумом в камере из-за большого числа находящихся в ней заключенных.

Лишение сна в результате действия этих факторов должно было стать тяжелым физическим и психологическим грузом для заявителя.

Суд далее замечает, что в камере, где содержался заявитель, не было надлежащей вентиляции, при том, что в ней находилось чересчур много заключенных, которым явно дозволялось курить в камере.

Хотя заявителю были разрешены прогулки на один или два часа, оставшуюся часть суток он проводил в камере, имея для себя ограниченное пространство и находясь в спертой атмосфере.

98. Суд далее отмечает, что камера, где содержался заявитель, кишела насекомыми, и что в период его заключения в камере не проводилось никаких мероприятий по уничтожению насекомых. Власти Российской Федерации признали, что распространение насекомых в следственных изоляторах является большой проблемой, и сослались на Руководство МВД СССР 1989 г., предписывающее проведение в местах заключения дезинфекционных мероприятий. Однако не усматривается, что в камере заявителя проводились такого рода мероприятия.

За время своего содержания под стражей у заявителя возникли различные кожные заболевания и грибковые инфекции, в частности в 1996, 1997 и 1999 годах, что вызвало необходимость объявлять перерывы в судебном разбирательстве по делу заявителя. Хотя остается фактом, что заявителю оказывалась медицинская помощь для лечения этих заболеваний, их рецидив свидетельствует, что крайне убогие условия содержания в камере, способствовавшие распространению заболеваний, оставались неизменными.

С большой озабоченностью Суд отмечает также, что иногда заявитель находился в камере вместе с лицами, болеющими сифилисом и туберкулезом, хотя власти Российской Федерации подчеркивали, что передача этих заболеваний была исключена ввиду проводившихся профилактических мер.

99. Тесноту и антисанитарию, описанную выше, дополняло устройство туалета в камере. Перегородка высотой 1,1 м отделяла унитаз, расположенный в углу камеры, от умывальника, но не от жилой ее части. При входе в ту часть камеры, где находится туалет, нет никакой ширмы. Заявитель тем самым был вынужден пользоваться туалетом на виду у других заключенных и присутствовать при пользовании им сокамерниками. Фотографии, представленные Суду властями Российской Федерации, являют зрелище грязной запущенной камеры с пространством, отведенным под туалет, не оставляющим человеку никакой приватности.

В то время как Суд с удовлетворением отмечает крупные положительные изменения, произошедшие в следственном изоляторе г. Магадан, где находится камера заявителя (как было продемонстрировано на видеоролике, представленном Суду властями Российской Федерации), это не может отвлечь внимание от совершенно неприемлемых условий содержания, которые вынужден был терпеть заявитель в исследуемый Судом период времени.

100. Условия содержания заявителя под стражей были также предметом озабоченности суда первой инстанции, рассматривавшего его уголовное дело. В апреле и июне 1999 года этот суд затребовал заключение медицинской экспертной комиссии о влиянии условий содержания под стражей на физическое и психическое здоровье заявителя после почти 4 лет заключения с тем, чтобы установить, позволяло ли ему состояние здоровья участвовать в судебном разбирательстве и не следовало ли его госпитализировать (см. выше __ 71 и 76). И хотя эксперты дали отрицательный ответ на оба вопроса, Суд принимает к сведению заключение экспертов, датированное июлем 1999 года, в котором перечисляются все медицинские показатели, имевшиеся у заявителя, т.е. нейроциркуляторная дистония, астеноневротический синдром, хронический гастродуоденит, грибковые инфекционные заболевания на ногах, руках и в паховой области, а также микоз (см. выше _ 30).

101. Суд приемлет утверждение об отсутствии в настоящем деле признаков того, что наличествовал умысел на унижение человеческого достоинства и попрание личности заявителя. Тем не менее, хотя вопрос о том, было ли целью обращения с лицом унижение человеческого достоинства и попрание личности жертвы, является фактором, который надлежит принимать во внимание, отсутствие любой таковой цели не может исключить вывод о наличии нарушения Статьи 3 (см. вышеуказанное постановление Большой Палаты Европейского суда по делу "Пирс против Греции"). Суд полагает, что условия содержания под стражей, которые заявитель вынужден был терпеть на протяжении примерно 4 лет и 10 месяцев, должны были причинить ему физические страдания, унизить его человеческое достоинство и породить в нем такие чувства, которые ведут к унижению и попранию личности.

102. В свете вышесказанного Суд установил, что условия содержания заявителя под стражей, в частности чрезмерная переполненность камеры, антисанитарная обстановка в ней и вредные для здоровья и благополучия заявителя последствия этой обстановки в сочетании длительностью срока содержания заявителя в таковых условиях приравниваются к унижающему достоинство обращению.

103. Соответственно нарушение Статьи 3 Конвенции имело место.

II. Предполагаемое нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции

104. Заявитель жаловался на то, что его длительное содержание под стражей до суда составляло нарушение пункта 3 Статьи 5 Конвенции, который устанавливает следующее:

"Каждый задержанный или заключенный под стражу в соответствии с подпунктом (с) пункта 1 настоящей Статьи [...] имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда. Освобождение может быть обусловлено предоставлением гарантий явки в суд".

А. Предварительные возражения властей Российской Федерации

105. Власти Российской Федерации утверждали, что жалоба заявителя должна быть рассмотрена в свете российской оговорки, сделанной при ратификации Конвенции. Согласно властям Российской Федерации, оговорка распространялась как на период содержания заявителя под стражей на стадии предварительного следствия, так и на период производства по делу в суде. Власти Российской Федерации ссылались на текст оговорки и содержание статей Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, указанных в оговорке. В частности, статьи 11, 89, 92 и 101 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР (см. выше _ 89) наделяли суд правом применять меру пресечения в виде заключения под стражу на стадии судебного разбирательства вплоть до постановления приговора по делу.

106. Заявитель утверждал, что российская оговорка не применима к настоящему делу, поскольку в сферу действия оговорки не входит продолжительность содержания под стражей до суда. Заявитель настаивал на том, что цель оговорки состояла в том, чтобы сохранить за прокурором право санкционировать меру пресечения в виде заключения под стражу и в случаях необходимости продлевать сроки содержания под стражей.

107. Суд отмечает, что оговорка составлена с целью временного исключения из сферы действия пункта 3 Статьи 5 Конвенции некоторых норм Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, упомянутых в тексте оговорки, которые касаются порядка ареста, содержания под стражей и задержания лиц, подозреваемых в совершении преступления. Эти нормы устанавливают условия и порядок применения мер пресечения, включая заключение под стражу, и перечень органов власти, уполномоченных принимать соответствующее решение.

Суд замечает, что оговорка ссылается на статью 97 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, в силу которой лицо может на основании постановления прокурора содержаться под стражей до 18 месяцев на период расследования преступления.

Несмотря на упоминание сроков содержания под стражей в период предварительного следствия, Суд обращает внимание на то, что предметом оговорки является порядок применения мер пресечения в виде заключения под стражу, в то время как предметом жалобы заявителя является длительность его содержания под стражей до суда, а не законность избрания этой меры пресечения.

108. Суд посему установил, что рассматриваемая оговорка по настоящему делу не применима.

B. Существо жалобы

1. Период времени, принимаемый во внимание при рассмотрении дела

109. В ходе рассмотрения дела не оспаривалось, что датой начала периода времени, принимаемого во внимание, является 29 июня 1995 г., когда в отношении заявителя была избрана мера пресечения в виде заключения под стражей.

Что же касается окончания этого периода, то согласно заявителю соответствующей датой является 31 марта 2000 г., когда Магаданский городской суд постановил свой второй приговор по делу. Власти Российской Федерации утверждают, что этот период завершился 3 августа 1999 г. постановлением Магаданским городским судом первого приговора по делу. Власти Российской Федерации настаивают также на том, чтобы исследование Судом длительности предварительного заключения заявителя ограничивалось бы периодом, начавшимся 5 мая 1998 г., то есть в день, когда Конвенция вступила в силу для Российской Федерации, и завершившимся 3 августа 1999 г.

110. Суд прежде всего напоминает, что при установлении продолжительности содержания под стражей до суда в контексте пункта 3 Статьи 5 Конвенции отсчет периода времени, который надлежит принимать во внимание, начинается в тот день, когда обвиняемый был заключен под стражу, и заканчивается этот период в тот день, когда определяется виновность обвиняемого, даже если таковое решение принимается судом первой инстанции (среди других источников правовых требований по данному вопросу см., в частности, постановление Европейского суда по делу "Вемхофф против Федеративной Республики Германии" (Wemhoff v. Germany) от 27 июня 1968 г. Series A, N 7, p. 23, 9 и цитируемое выше постановление Большой Палаты Европейского суда по делу "Лабита против Италии", _ 147). Таким образом, по настоящему делу отсчет срока содержания заявителя под стражей до суда начался 29 июня 1999 г., в день, когда он был арестован, и закончился 3 августа 1999 г., в день, когда по его делу Магаданским городским судом был вынесен обвинительный приговор. Дальнейшее содержание под стражей, продолжавшееся и после указанной даты в связи с обвинениями, не учтенными при постановлении приговора, не влияет на то обстоятельство, что с 3 августа 1999 г. заявитель отбывал наказание по приговору суда надлежащей юрисдикции в значении подпункта (а) пункта 1 Статьи 5 Конвенции.

Всего же заявитель пробыл в предварительном заключении четыре года, один месяц и четыре дня.

111. Поскольку период до 5 мая 1998 г. не подпадает под юрисдикцию Суда с учетом условия ratione temporis, Суд может принять во внимание только период в один год два месяца и двадцать девять дней, который прошел между указанной датой и датой постановления Магаданским городским судом приговора от 3 августа 1999 г. Однако Суд должен учесть тот факт, что к 5 мая 1998 г. заявитель, заключенный под стражу 29 июня 1995 г., уже находился под стражей два года десять месяцев и шесть дней (см., например, mutatis mutandis, постановление Европейского суда по делу "Мансур против Турции" (Mansur v. Turkey) от 8 июня 1995 г. Series А, N 319-B, p. 49, _ 51).

2. Разумность срока содержания под стражей

(a) Доводы сторон, представленные Суду

112. Заявитель утверждает, что не было необходимости заключать его под стражу и содержать в заключении в течение длительного срока, поскольку доказательств того, что он пытается воспрепятствовать установлению истины по делу, не имелось. Доводы, которые приводили власти, занимавшиеся делом, для обоснования содержания его под стражей, не относились к сути вопроса либо были недостаточными.

Заявитель утверждает также, что его дело не отличалось особой сложностью, как это было установлено Магаданским областным судом.

15 марта 1999 г. Три тома из девяти целиком состоят из его жалоб в адрес различных инстанций. В ходе расследования было допрошено 29 свидетелей; кроме того, в деле участвовали два гражданских истца.

Наконец, заявитель утверждает, что производство по делу осуществлялось без должного тщания со стороны властей. Столь длительный срок содержания его под стражей был вызван низким качеством следствия, необоснованными попытками следственных органов увеличить число пунктов обвинения в обвинительном заключении и отсутствием должного контроля над следствием со стороны надзирающих инстанций. В этой связи заявитель ссылается на выводы Магаданского городского суда от 3 августа 1999 г. (выше _ 80).

113. Власти Российской Федерации указывают, что заявитель был арестован на том основании, что он препятствовал установлению истины в ходе расследования по уголовному делу. Власти Российской Федерации далее оценивают период содержания заявителя под стражей во время предварительного следствия как разумно обоснованный с учетом сложности дела, значительного объема материалов дела (9 томов), большого числа участвующих в деле свидетелей и потерпевших.

(b) Оценка Суда

(i) Принципы, установленные в нормах прецедентного права Европейского Суда

114. Суд напоминает, что оценка разумности срока предварительного заключения не может быть дана абстрактно. Вопрос о разумности содержания того или иного обвиняемого под стражей должен быть исследован по каждому делу с учетом особенностей дела. Более длительное содержание под стражей может быть обосновано в каждом конкретном случае только при условии, что имеются конкретные признаки подлинной необходимости ограждения интересов общества, которая - несмотря на презумпцию невиновности - перевешивает принцип уважения свободы личности, записанный в Статье 5 Конвенции (среди других источников правовых требований по данному вопросу см., в частности, цитируемое выше в _ 110 постановление Большой Палаты Европейского суда по делу "Кудла против Польши").

В первую очередь обязанность гарантировать, чтобы по конкретному делу срок предварительного заключения обвиняемого не превышал разумных пределов, лежит на национальных судебных властях. Во исполнение этой обязанности судебные власти должны - отдавая должное принципу презумпции невиновности - исследовать все аргументы за и против необходимости ограждения интересов общества, которая оправдывала бы отступление от требований Статьи 5. При этом такие аргументы должны быть изложены в принимаемых судебными властями решениях по ходатайствам об освобождении. По существу именно на основе мотивировок, излагаемых в этих решениях, и любых документально подтвержденных фактах, представленных заявителем в своих жалобах, суд призван решить, имело ли место нарушение пункта 3 Статьи 5 (см., например, цитируемое выше постановление Большой Палаты Европейского суда по делу "Лабита против Италии", _ 152).

Наличие разумно обоснованного подозрения, что задержанное лицо совершило преступление, является условием sine qua non законного длящегося содержания под стражей. Но по истечении определенного времени такого подозрения уже недостаточно. Суд должен потому установить, имелись ли иные основания для лишения свободы, далее выдвигаемые судебными властями. В случаях, когда такие основания были "относящимися к существу вопроса" и "достаточными", Суд должен также убедиться, что национальные власти проявили "должное тщание" в производстве по делу. Сложность и особенности конкретного расследования являются факторами, подлежащими исследованию в этом отношении (см., например, постановление Европейского суда по делу "Скотт против Испании" (Scott v. Spain) от 18 декабря 1996 г., Reports 1996-VI, pp. 2399-2400, _ 74, а также постановление Европейского суда по делу "И.А. против Франции" (I.A. v. France) от 28 сентября 1998 г., Reports 1998-VII, p. 2978, _ 102).

(ii) Применение вышеизложенных принципов по настоящему делу

(l) Основания для применения меры пресечения в виде содержания под стражей

115. В период времени, на который распространяется юрисдикция Суда с учетом условия ratione temporis, Магаданский городской суд мотивировал свой отказ заявителю в освобождении из-под стражи тяжестью предъявленных обвинений и опасений по поводу того, что в случае освобождения из-под стражи он будет препятствовать установлению истины по делу (см. выше _ 69). Европейский суд отмечает, что аналогичные мотивировки использовались городским судом и ранее - 27 декабря 1996 г. и 8 августа 1997 г. - для обоснования продолжающегося предварительного заключения заявителя (см. выше __ 43 и 46).

Европейский суд далее отмечает, что основной причиной принятия 29 июня 1995 г. решения о заключении заявителя под стражу было утверждение о том, что он препятствовал проведению расследования по делу, отказываясь предоставить определенные банковские документы, необходимые следствию, оказывал давление на свидетелей и, предположительно, занимался фальсификацией доказательств. Решение также указывало на тяжесть предъявленных ему обвинений.

116. Суд напоминает, что наличие сильного подозрения в том, что какое-либо лицо совершило тяжкие преступления, является, конечно, относящимся к сути вопроса фактором, однако само по себе такое подозрение не может оправдать длительный период предварительного заключения (см., например, цитируемое выше постановление Европейского суда по делу "Скотт против Испании", p. 2401, _ 78). Что же касается другого основания для продления срока содержания заявителя под стражей, которым руководствовался Магаданский городской суд, а именно - опасениями по поводу того, что в случае освобождения из-под стражи он будет препятствовать рассмотрению дела, то Суд отмечает, что в отличие от постановления следователя от 29 июня 1995 г. Магаданский городской суд не привел в своем решении никаких фактических обстоятельств в подтверждение своих выводов, в то время как эти обстоятельства были неизменны и в 1996 г., и в 1997 г., и в 1999 г. В постановлениях этого суда нет никаких указаний на какие-либо факторы, способные продемонстрировать обоснованность опасений относительно возможных действий заявителя в исследуемый период времени.

117. Европейский суд приемлет тот аргумент, что опасения в воспрепятствовании следствию вкупе с подозрениями, что заявитель совершил преступления, в которых он был обвинен, могли первоначально быть достаточным основанием для санкционирования заключения заявителя под стражу. Однако по мере того как производство по делу продвигалось вперед и собирание доказательств завершилось, такие основания для предварительного заключения утратили свою значимость.

118. Суммируя изложенное, Суд находит, что основания, которыми руководствовались власти при избрании в отношении заявителя меры пресечения в виде содержания под стражей, первоначально являясь относящимися к сути вопроса и достаточными, с течением времени утратили эти характеристики.

(ll) Порядок производства по делу

119. Что касается продолжительности уголовного расследования, Суд отмечает выводы национальных судов о том, что дело не отличалось особой сложностью, и что качество расследования по делу было низким, что способствовало проволочкам в производстве по делу (см. выше __ 69 и 80). Суд не видит причин прийти к иному заключению. Суд также замечает, что - согласно выводам национальных судов - следователи пытались необоснованно увеличить число пунктов обвинения в обвинительном заключении (см. выше _ 80). Это неприглядное обстоятельство подтверждается тем фактом, что только один из девяти пунктов обвинения был признан обоснованным приговором Магаданского городского суда от 3 августа 1999 г.

120. Что касается дальнейшего производства по делу в суде, то Европейский суд замечает, что в производстве по делу в Магаданском городском суде имели место существенные проволочки. Рассмотрение дела по существу, которое должно было начаться 11 ноября 1996 г., было 7 мая 1997 г. приостановлено в связи с отстранением от занимаемой должности председательствующего судьи. Рассмотрение дела не возобновлялось до 15 апреля 1999 г., хотя определенные процессуальные действия предпринимались в июле - августе 1997 года (назначение нового судьи и назначение даты судебного заседания), мае и июле 1998 года (передача дела для рассмотрения в другой суд), ноябре 1998 года (назначение даты судебного заседания), январе и марте 1998 года (решения о необходимости направления дела на дополнительное расследование).

И хотя остается неоспоримым фактом, что заседание суда, назначенное на 8 августа 1997 г., было вынужденно отложено ввиду неявки адвоката заявителя, а заявитель возражал против передачи дела для рассмотрения в другой суд (шаг, продиктованный желанием ускорить производство по делу), Суд не находит, что своими действиями заявитель заметно способствовал затягиванию производства по делу в период между двумя рассмотрениями дела по существу, когда производство не продвигалось вперед.

Тем самым очевидно, что затяжное производство по делу нельзя объяснять ни сложностью дела, ни действиями заявителя. С учетом характеристик, данных расследованию по делу, и существенных проволочек с рассмотрением дела в суде Европейский суд полагает, что власти по данному делу не проявили должной расторопности.

(lll) Вывод

121. Исходя из вышеизложенного, Суд приходит к выводу, что время, проведенное заявителем в предварительном заключении, превышает "разумный срок". Тем самым нарушение пункта 3 Статьи 5 Конвенции имело место.

III. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции

122. Заявитель жалуется на то, что уголовные обвинения не были предъявлены ему в течение разумного срока, как это требуется пунктом 1 Статьи 6 Конвенции, который в части, касающейся данного дела, гласит:

"Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях или при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона".

А. Период времени, принимаемый во внимание при рассмотрении дела

123. Заявитель утверждает, что период времени, который надлежит принимать во внимание при рассмотрении дела, начался 8 февраля 1995 г., с момента возбуждения в отношении него уголовного дела, а завершился 31 марта 2000 г., в день, когда Магаданский городской суд постановил второй приговор по его делу.

Власти Российской Федерации настаивают на том, чтобы отсчет велся со дня передачи дела по обвинению заявителя в Магаданский городской суд 6 февраля 1996 г., а заканчивался в день провозглашения этим судом первого приговора по делу 3 августа 1999 г.

124. Европейский суд напоминает, что при определении продолжительности производства по уголовному делу надлежит учитывать срок с момента предъявления данному лицу "обвинения" в самостоятельном и существенном значении данного термина (среди других источников правовых требований по данному вопросу см., в частности, постановление Европейского Суда по делу "Корильяно против Италии" (Corigliano v. Italy) от 10 декабря 1982 г., Series А, N 57, р. 13, _ 34 и постановление Европейского суда по делу "Имбриоша против Швейцарии" (Imbriosca v. Switzerland) от 24 ноября 1993 г., А, N 275, р. 13, _ 36).

Таким образом, в настоящем деле подлежит учету срок с 8 февраля 1995 г., то есть с момента, когда заявитель стал подозреваемым в деле по обвинению в незаконном присвоении чужих средств. Что же касается окончания этого периода, то Суд отмечает, что после принятия решения от 29 сентября 1999 г. об отказе от обвинений, не учтенных при вынесении приговора, после того, как городским судом был вынесен приговор от 3 августа 1999 г., 30 сентября 1999 г. в отношении заявителя было выдвинуто новое обвинение, причем на основании прежних фактов. Суд отмечает, что новое обвинение фигурировало в первоначальном уголовном деле N 48529, возбужденном 8 сентября 1995 г. Ввиду этих обстоятельств, а также с учетом времени предъявления нового обвинения Суд пришел к выводу, что днем окончания подлежащего учету периода является 31 марта 2000 г., день вынесения городским судом приговора по последнему обвинению.

Исследуемый период, то есть период с 8 февраля 1995 г. по 31 марта 2000 г., в общей сложности составил 5 лет, 1 один месяц и 23 дня. И хотя юрисдикция Суда с учетом условия ratione temporis охватывает лишь период времени после 5 мая 1998 г., то есть со дня вступления Конвенции в силу в отношении России, Суд вправе принять во внимание состояние производства по делу на тот день (среди других источников правовых требований по данному вопросу см., mutatis mutandis, постановление Европейского суда по делу "Ягчи и Саргын против Турции" (Yagci and Sargin v. Turkey) от 8 июня 1995 г. Series А, N 319-А, р. 16, _ 40).

B. Разумность продолжительности производства по делу

125. Суд напоминает, что разумность продолжительности производства по делу надлежит оценивать в свете конкретных обстоятельств дела с учетом критериев, изложенных в нормах прецедентного права, создаваемых Судом. В частности надлежит учитывать сложность дела, действия заявителя и действия компетентных властей. В последнем случае необходимо также принимать во внимание и то, что для заявителя является важным в деле (среди других источников правовых требований по данному вопросу см. цитируемое выше постановление Большой Палаты Европейского суда по делу "Кудла против Польши", _ 124).

1. Позиции сторон

126. Что касается сложности дела, то заявитель ссылается на выводы Магаданского областного суда от 15 марта 1999 г. о том, что данное дело не представляло особой сложности, и длительные задержки в рассмотрении дела были необоснованны.

В отношении его собственных действий заявитель утверждает, что его жалобы были направлены на ускорение производства по делу. Кроме того, положения статьи 6 Конвенции не требуют от него активного содействия судебной власти, а его попытки воспользоваться средствами правовой защиты не могут служить основанием для предъявления ему претензий.

Что касается действий властей, занимавшихся его делом, то заявитель ссылается на низкое качество предварительного следствия и на недостатки, допущенные при производстве следствия, как установлено Магаданским городским судом 3 августа 1999 г. Кроме того, городской суд и сам нарушил нормы национального процессуального законодательства, не обеспечив соблюдение сроков начала судебного разбирательства, установленных статьями 223-1 и 239 Уголовно-процессуального кодекса. Заявитель отмечает, что в судебном заседании судом были допрошены лишь девять свидетелей. Он также ссылается на факт отстранения судьи от рассмотрения его дела, что не имело никакого отношения к заявителю, и на факт передачи его дела в Хасынский районный суд, что оказалось недейственным в смысле ускорения производства по делу.

127. Власти Российской Федерации признают, что рассмотрение дела заявителя заняло длительный период времени, но утверждают, что этот период не был неразумно долгим. Власти Российской Федерации настаивают, что столь длительный срок рассмотрения дела заявителя был вызван особой сложностью и объемом дела, а также необходимостью проведения всестороннего и полного расследования дела.

Более того, заявитель сам способствовал увеличению продолжительности производства по делу путем подачи многочисленных жалоб, включая повторные обращения с ходатайствами, которые ранее были отклонены. Власти Российской Федерации ссылаются в этой связи на выводы Магаданского городского суда от 15 июля 1999 г. и от 22 июля 1999 г., где в многочисленных просьбах, поданных со стороны заявителя в период судебного рассмотрения его дела, усматривается попытка намеренного затягивания производства по делу. Ходатайства заявителя о передаче его дела в другой суд в период между судебными заседаниями также приводили к затягиванию производства. Власти Российской Федерации указывают, что 30% материалов дела составляют жалобы и ходатайства заявителя.

Власти Российской Федерации также указывают, что срок предварительного заключения заявителя был засчитан в срок отбывания наказания по вынесенному ему приговору. Поэтому срок содержания заявителя под стражей до суда никак не повлиял на длительность общего срока его заключения.

Наконец, власти Российской Федерации заявляют, что соответствующие органы власти проявили гуманность по отношению к заявителю, объявив амнистию, в результате чего он был освобожден из заключения до истечения срока наказания, несмотря на то что он не возместил ущерб, нанесенным им банку и его многочисленным клиентам.

2. Оценка Суда

(a) Сложность дела

128. Суд отмечает, что исследуемое уголовное дело, по которому заявитель был единственным обвиняемым, касалось финансовых преступлений; в деле фигурировало значительное число доказательств и проходил ряд свидетелей. Суд, однако, замечает, что в период с 7 мая 1997 г., когда разбирательство дела было отложено, и по 15 апреля 1999 г., когда разбирательство дела было возобновлено, никаких следственных действий не предпринималось.

Суд учитывает вывод национального суда о том, что дело не представляло особой сложности, чтобы этим можно было оправдать проволочки в производстве (см. выше _ 69).

Таким образом, продолжительность производства по делу нельзя объяснять сложностью дела или потребностями предварительного следствия.

(b) Действия заявителя

129. Суд отмечает, что в ходе производства по делу заявителя в национальных судах он заявлял многочисленные ходатайства в связи с делом как во время судебного разбирательства, так и в промежутке между слушаниями дела. Суд напоминает, что Статья 6 Конвенции не требует от лица, привлеченного к уголовной ответственности, активно содействовать судебным властям (см., например, постановление Европейского суда по делу "Доббертен против Франции" (Dobbertin v. France) от 25 февраля 1993 г., Series A, N 256-D, p. 117, _ 43).

Суд замечает, что суд первой инстанции отклонил заявленные во время судебного разбирательства 15 апреля 1999 г. ходатайства заявителя как направленные на воспрепятствование рассмотрению дела. Однако нет признаков того, что в периоды других разбирательств, то есть с 11 ноября 1996 г. по 7 мая 1997 г. и с 20 декабря 1999 г. по 31 марта 2000 г., действия заявителя можно было бы охарактеризовать как направленные на затягивание производства по делу.

Что же касается ходатайств заявителя в период между слушаниями дела, то Суд замечает, что они относились главным образом к вопросу о затягивании судом первой инстанции рассмотрения его дела. Суд не может делать вывод, что эти ходатайства способствовали замедлению производства по делу, в особенности ввиду того обстоятельства, что по этим ходатайствам никаких действий не предпринималось. И если нет сомнений в том, что в целях ускорения производства дело заявителя было передано для рассмотрения в другой суд, заявителя нельзя обвинять в том, что он возражал против этого, тем более что передача дела не имела положительных результатов в смысле ускорения производства.

Суд замечает также, что один раз, 8 августа 1997 г., слушание дела было отложено ввиду неявки адвоката заявителя.

130. Суд полагает, что хотя заявитель и ответственен за некоторые проволочки в производстве по делу, в целом его действия не способствовали существенным образом затягиванию производства.

(c) Действия национальных властей

131. Как уже упоминалось выше, в производстве по делу были значительные проволочки, которые нельзя объяснять сложностью дела или действиями заявителя. В частности дело, находясь в производстве суда первой инстанции, оставалось фактически без движения почти два года, то есть с 7 мая 1997 г. по 15 апреля 1999 г.

132. Суд отмечает, что на протяжении всего производства по делу заявитель содержался под стражей. Это обстоятельство требовало со стороны судов, занимавшихся делом, приложить особые усилия к тому, чтобы правосудие отправлялось быстро.

133. Суд также отмечает, что после постановления приговора Магаданским городским судом 3 августа 1999 г. и принятия решения от 29 сентября 1999 г. об отказе от обвинений, не учтенных при вынесении приговора, в отношении заявителя было выдвинуто новое обвинение на основании прежних фактов, что еще более способствовало затягиванию производства, которое к тому моменту в суде первой инстанции уже тянулось более четырех с половиной лет.

134. Суд полагает, что власти, занимавшиеся делом, не исполнили свою обязанность проявлять особое тщание при производстве по уголовному делу, в особенности после вступления в силу Конвенции 5 мая 1998 г.

3. Вывод

135. С учетом вышеизложенного Суд считает, что продолжительность производства по делу не отвечает требованию о "разумном сроке". Соответственно, нарушение пункта 1 Статьи 6 имело место.

IV. Применение статьи 41 Конвенции

136. Статья 41 Конвенции устанавливает:

"Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".

A. Вопрос о материальном ущербе

137. Заявитель предъявил требования о возмещении материального ущерба по следующим позициям:

(1) 130 599 долларов США в возмещение потери заработка как президента Северо-восточного акционерного банка за период его содержания под стражей с июля 1995 г. по 20 апреля 2000 г.;

(2) 203 000 долларов США в возмещение потери заработка в другой компании, которая уволила его ввиду ареста;

(3) 500 000 долларов США в возмещение утраты имущества компании после его ареста;

(4) 8600 долларов США в возмещение утраты его автомобиля;

(5) 11 734 376 долларов США в возмещение потери доходов от акций, которые он не мог продать по рыночной стоимости в 1995 г.;

(6) 436 226 долларов США в возмещение утраты его контрольного пакета акций в предприятии, объявленном банкротом в 1997 г.

Заявитель предъявляет требования о возмещении материального ущерба на общую сумму в 13 012 702 доллара США.

138. Власти Российской Федерации оспаривают эти требования.

139. Суд напоминает, что он присудит денежную компенсацию в соответствии со Статьей 41 Конвенции только в случае, если убедится полностью, что заявляемые потери и ущерб были действительно следствием установленного им нарушения Конвенции.

Что касается требования по пункту (1), то Суд замечает, что заявитель был осужден, и что время его предварительного заключения было целиком зачтено в срок назначенного ему наказания. Посему Суд полагает, что данное требование не подлежит удовлетворению.

Что касается остальных требований, то Суд полагает, что не было установлено прямой причинной связи между заявленным ущербом и нарушениями Конвенции, установленными Судом.

Посему Суд отклоняет требования заявителя, предъявленные по вопросу о возмещении материального ущерба.

B. Вопрос о моральном ущербе

140. Заявитель предъявил требования о выплате ему 9 636 000 франков Франции в виде возмещения морального ущерба.

141. Позиция властей Российской Федерации, изложенная Суду, состоит в том, что сумма требований заявителя чрезмерна и что само признание факта нарушения его прав было бы достаточным справедливым удовлетворением требований заявителя.

142. Суд полагает, что длительность содержания заявителя под стражей в ненадлежащих условиях заключения, равно как и длительность производства по уголовному делу должны были вселить в него чувства отчаяния, неопределенности и тревоги, которые не могут быть компенсированы исключительно признанием факта нарушения его прав.

143. Принимая решение на основе принципов справедливости, Суд присуждает заявителю возмещение морального ущерба в размере 5 000 евро.

C. Вопрос о судебных издержках и расходах

144. Заявитель сообщил Суду, что его расходы на услуги адвоката на период производства по делу составили примерно 40 000 долларов США.

145. Власти Российской Федерации полагают, что эти требования необоснованны, сумма их чрезмерна с учетом размеров адвокатских гонораров, существовавших в отдаленной Магаданской области в исследуемый период времени. Власти Российской Федерации поставили далее под сомнение подлинность некоторых документов, представленных в этой связи заявителем. Власти Российской Федерации также утверждают, что расходы заявителя на юридическую помощь, понесенные им в период производства по делу, вообще не должны компенсироваться Европейским Судом, поскольку заявитель был признан судом виновным в совершении преступления и осужден к лишению свободы.

146. Суд напоминает, что для включения судебных издержек и расходов заявителя в сумму возмещения ущерба, присуждаемую в порядке Статьи 41 Конвенции, должно быть установлено, что эти издержки и расходы действительно и неизбежно имели место в связи с обращением к средствам правовой защиты по факту, который был признан нарушением Конвенции, и что их сумма была разумна (см., например, Постановление Большой Палаты Европейского суда по делу "Нильсен и Джонсон против Норвегии" (Nielsen and Johnson v. Norway), жалоба N 23118/93, _ 43, ECHR 1999-VIII). Из представленных заявителем материалов очевидно, что издержки и расходы на юридическую помощь имели место в связи с его попытками добиться освобождения из-под стражи под залог. Однако он представил лишь частичное документальное обоснование искомой им суммы. При этом имевшие место расходы не связаны исключительно с нарушениями Статьи 3, пункта 3 Статьи 5 и пункта 1 Статьи 6 Конвенции.

Производя оценку на основе принципов справедливости, Суд полагает разумным присудить заявителю по вопросу о судебных издержках и расходах денежную сумму в размере 5 000 евро.

D. Пени

147. Суд считает, что размер пени по выплате компенсации должен быть установлен в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.

По этим основаниям суд единогласно

1. Постановил, что имело место нарушение Статьи 3 Конвенции;

2. Постановил, что имело место нарушение пункта 3 Статьи 5 Конвенции;

3. Постановил, что имело место нарушение пункта 1 Статьи 6 Конвенции;

4. Постановил,

(a) что государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 Статьи 44 Конвенции выплатить заявителю следующие суммы, подлежащие переводу в российские рубли по курсу на день выплаты:

(i) 5 000 евро (пять тысяч евро) в возмещение морального ущерба;

(ii) 3 000 евро (три тысячи евро) в возмещение издержек и расходов;

(iii) любой налог, начисляемый на вышеуказанные суммы;

(b) простые проценты по предельным годовым ставкам по займам Европейского центрального банка плюс три процента подлежат выплате по истечении вышеупомянутых трех месяцев и до момента выплаты;

5. Отклоняет остальные требования заявителя о справедливой компенсации.

Совершено на английском языке, и уведомление о постановлении направлено в письменном виде 15 июля 2002 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 Правила 77 Регламента Суда.

Секретарь Секции Суда С.Долле,

Председатель Палаты Ж.-П.Коста

В соответствии с пунктом 2 Статьи 45 Конвенции и пунктом 2 Правила 74 Регламента Суда к настоящему Постановлению прилагается отдельное совпадающее мнение судьи А. Ковлера.

Отдельное совпадающее мнение судьи А.Ковлера

В целом я разделяю мнение своих коллег, высказанное по настоящему делу. Но при этом, учитывая правовую значимость Постановления Суда, я полагаю необходимым высказать некоторые замечания.

1. Оговорка, сделанная Россией в отношении пунктов 3 и 4 Статьи 5 Конвенции, касается применения определенных норм Уголовно-процессуального кодекса РСФСР от 27 октября 1960 г. (далее - УПК) с последующими изменениями относительно порядка содержания под стражей до суда. Эта оговорка распространяется и на статью 97 УПК "Сроки содержания под стражей", упомянутую в оговорке наряду с другими нормами УПК. Ввиду этого обстоятельства я нахожу затруднительным найти объяснение выводу Суда, содержащемуся в _ 108 его Постановления, согласно которому оговорка не распространяется на определенный отрезок периода предварительного заключения заявителя.

С моей точки зрения, Суду надлежало постановить, что оговорка распространяется, по крайней мере, на период, проведенный заявителем в предварительном заключении во время производства предварительного следствия. Тем не менее, следует иметь в виду, что расширительное толкование текста оговорки, как она применяется к статье 97 УПК, могло бы дать основания для определенных выводов о том, что продление сроков содержания под стражей свыше сроков, установленных частями 4 - 7 статьи 97 УПК, является законным в случаях, когда обвиняемый(ая) и его (ее) адвокат не в состоянии ознакомиться с материалами дела до истечения максимального срока содержания под стражей, когда обвиняемый(ая) и его (ее) адвокат ходатайствуют о направлении дела на дополнительное расследование либо когда суд направляет дело на дополнительное расследование по истечении срока содержания под стражей.

Иными словами, российская оговорка в отношении пунктов 3 и 4 статьи 5 Конвенции применяется не только к порядку предварительного заключения (который, кстати, коренным образом меняется с 1 июля 2002 г., когда соответствующие нормы УПК вступают в силу), но и к другим периодам содержания под стражей до суда. В этой связи необходимо определить, включает ли понятие "предварительное заключение" ("detention on remand") время, проведенное под стражей после того, как дело было передано в суд.

2. Российское уголовно-процессуальное законодательство различает две категории предварительного заключения: предварительное заключение в период проведения предварительного следствия (когда лицо, содержащееся под стражей, "числится за следствием") и предварительное заключение в период производства по делу в суде (когда лицо, содержащееся под стражей, "числится за судом"). Это различие отражено в Федеральном законе от 13 июня 2001 г., который ограничил сроки производства по уголовному делу шестью месяцами. Однако в _ 110 своего постановления Суд со ссылкой на созданные им нормы прецедентного права счел, что предварительное заключение включает в себя весь период досудебного содержания под стражей - со дня заключения лица под стражу и до дня вынесения судом приговора. В конце концов, для задержанного, запертого в переполненной камере, нет разницы, числится ли он за следствием или за судом, или заключение его под стражу было произведено до вступления Конвенции в силу в отношении государства-ответчика или после. Это различие, однако, должно было бы иметь значение для Европейского Суда, если Суд приемлет мысль о том, что в определении разумности сроков содержания под стражей доля усмотрения государства имеет значение.

Заявителю была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на период предварительного следствия с 29 июня 1995 г. (день, когда он был заключен под стражу) по 19 июня 1996 г. (день, когда прокуратура области передала дело в Магаданский городской суд), то есть одиннадцать месяцев и двадцать два дня, что является меньше предельного срока в восемнадцать месяцев, установленного частью 2 статьи 97 УПК. После этого обвиняемый мог быть немедленно освобожден (часть 3 статьи 97 УПК). Этот отрезок времени предварительного заключения заявителя не может быть поставлен в вину государству-ответчику, поскольку он предшествовал моменту вступления в силу Конвенции в отношении России (несовместимо с условием ratione temporis).

Содержание заявителя под стражей на период производства по делу в суде длилось до 3 августа 1999 г., когда Магаданский городской суд постановил свой первый приговор, то есть три года, один месяц и двадцать один день (как это установлено Европейским судом выше в _ 110 своего Постановления). Не следует забывать, что отсрочки с вынесением приговора и - соответственно - затянувшееся пребывание заявителя в заключении частично были вызваны ходатайствами заявителя об отводе судей и его ходатайствами о рассмотрении дела судом в ином составе, равно как и заменой адвокатов и их неявкой в суд, что Суд косвенно приемлет в _ 130 своего Постановления. Эти отсрочки в целом составили один год и три месяца. Это, конечно, не оправдывает процессуальную волокиту со стороны самих судов, но несомненно создает иную картину содержания заявителя под стражей в период, когда его дело находилось в производстве суда.

Наконец, направление дела на дополнительное расследование и постановление Магаданским городским судом 31 марта 2000 г. второго приговора по делу продлили срок содержания под стражей еще на семь месяцев - в соответствии с частью 7 статьи 97 УПК.

Тем не менее, в целом заявитель провел пять лет, один месяц и двадцать три дня под стражей, из которых четыре года, девять месяцев и два дня были проведены в следственном изоляторе N 1 г. Магадана. Это не может считаться разумным сроком содержания под стражей для целей пункта 3 Статьи 5 Конвенции, несмотря на обстоятельства, мною изложенные выше. В соответствии с частью 8 статьи 97 УПК заявитель несколько раз обращался в суды с просьбой о судебной проверке законности и обоснованности его содержания под стражей. Он тем самым исчерпал все предоставленные ему в этих целях внутригосударственные средства правовой защиты.

3. Что же касается вопросов, возникающих на основе пункта 1 Статьи 6 Конвенции (право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок), то Суд, по моему мнению, к сожалению, пренебрег тем обстоятельством, что заявитель не использовал свое право обжаловать приговор суда от 3 августа 1999 г., тем самым оставляя вопрос об исчерпанности внутригосударственных средств правовой защиты открытым. Верно, однако, что доводы заявителя подкрепляются тем обстоятельством, что этот приговор не вступил в законную силу, принимая во внимание дополнительное расследование и новый приговор, вынесенный 31 марта 2000 г.

4. С учетом вышеизложенных соображений я считаю уместным согласиться с мнением своих коллег касательно нарушений Статьи 3, пункта 3 Статьи 5 и пункта 1 Статьи 6 Конвенции, но полагаю, что размер справедливой компенсации, присужденной в _ 143 Постановления, должен быть определен отдельно в отношении различных нарушений Конвенции, установленных Судом.

Комментарий Уполномоченного РФ при Европейском суде по правам человека

Павла Лаптева:

- 15 июля 2002 года Европейский суд по правам человека огласил свое постановление по делу "Валерий Калашников против Российской Федерации". В соответствии с ним признано, что в отношении этого гражданина были нарушены положения статей 3, 5 и 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Эти нарушения касаются условий его содержания в следственном изоляторе N 1 г. Магадана, а также сроков следствия и рассмотрения уголовного дела в суде по обвинению его в присвоении денежных средств.

Калашников Валерий Ермилович являлся президентом Северо-Восточного акционерного банка. 8 февраля 1995 г. Управлением внутренних дел Магаданской области в отношении заявителя было возбуждено уголовное дело и предъявлено обвинение в том, что он совершал умышленные действия, направленные на завладение чужим имуществом путем обмана и злоупотребления доверием, присвоение и растрату денежных средств, а также подделку и использование заведомо подложных документов.

3 августа 1999 г. В.Е. Калашников приговором суда признан виновным и осужден по ч. 3 ст. 147.1 УК РСФСР к пяти годам шести месяцам лишения свободы с конфискацией имущества с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Поскольку В.Е. Калашников приговор в кассационном порядке не обжаловал, 11 августа 1999 г. приговор вступил в законную силу.

26 июня 2000 г. на основании пункта 7 постановления Государственной Думы от 26 мая 2000 г. "Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов" В.Е. Калашников был освобожден от дальнейшего отбывания наказания.

Европейский суд постановил, что власти Российской Федерации должны выплатить В.Е. Калашникову 8000 евро, в том числе 5000 евро - компенсация за моральный ущерб и 3000 евро в порядке возмещения судебных издержек. Необходимо отметить, что требования Калашникова достигали суммы более чем 12 млн. долларов, а претензии касались еще как минимум шести статей конвенции, однако они были отвергнуты Европейским судом.

К сожалению, судьи Европейского суда не проявили достаточного стремления к установлению истины, отказавшись посетить г.Магадан (власти РФ неоднократно приглашали их сделать это). Это могло бы помочь им лучше понять те трудности, с которыми сталкивается российская судебная и пенитенциарная системы, и соответственно более объективно разобраться в данном деле.

В отношении условий содержания Калашникова под стражей следует констатировать, что они не вполне соответствовали требованиям, предъявляемым к пенитенциарным учреждениям в других странах - членах Совета Европы. Однако при этом необходимо учитывать в целом неудовлетворительное состояние мест предварительного заключения и лишения свободы в Российской Федерации, которое вызвано причинами прежде всего финансово-экономического характера. В настоящее время в Российской Федерации реализуется Федеральная целевая программа "Реформирование уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации на 2002 - 2006 годы", что позволит преодолеть имеющиеся трудности.

Что касается затянутых сроков следствия и судебного разбирательства, то со вступлением в силу нового УПК РФ, а также принимая во внимание, что Верховный суд РФ стал уделять этой проблеме самое пристальное внимание (в частности, виновные в судебной волоките по делу В.Е. Калашникова судьи отстранены от занимаемых должностей и более в судебной системе не работают), данные проблемы также начали решаться, и российская правовая система стала твердо основываться на европейских стандартах.

Предварительная резолюция Комитета Министров Совета Европы

от 4 июня 2003 г. N ResDH(2003)123

относительно постановления Европейского суда по правам человека от 15 июля 2002 г. (окончательное решение от 15 октября 2002 г.) по делу "Калашников против Российской Федерации"

Комитет Министров, согласно пункту 2 статьи 46 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, с изменениями, внесенными Протоколом N 11 (далее - Конвенция),

рассмотрев постановление Европейского Суда по правам человека (далее - Суд) от 15 июля 2002 г. по делу Калашникова, переданному в Комитет Министров после утверждения согласно статье 44 Конвенции;

принимая во внимание, что дело было начато по жалобе N 47095/99 против Российской Федерации, поданной в Суд 1 декабря 1998 г. в соответствии со статьей 34 Конвенции г-ном Калашниковым Валерием Ермиловичем, гражданином России, и то, что Суд признал приемлемыми жалобы на плохие условия его содержания под стражей с 1995 по 2000 гг., в частности, переполненные помещения и антисанитарное состояние, а также жалобы на превышение срока содержания под стражей и продолжительность производства по уголовному делу;

принимая во внимание, что в своем постановлении от 15 июля 2002 г. Суд единогласно

- постановил, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции относительно условий содержания заявителя под стражей, что является унижающим достоинство обращением;

- постановил, что имело место нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции вследствие превышения срока предварительного заключения заявителя до суда;

- постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции вследствие превышения срока производства по уголовному делу;

- постановил, что правительство государства-ответчика должно выплатить заявителю в течение трех месяцев с даты утверждения постановления Суда указанную ниже сумму в рублевом эквиваленте по соответствующему курсу на дату выплаты - 5 тыс. евро за моральный ущерб, 3 тыс. евро в возмещение издержек и расходов, простые проценты по предельным годовым ставкам по займам Европейского центрального банка плюс три процента по истечении вышеупомянутых трех месяцев и до момента выплаты;

- отклонил остальные требования о справедливой компенсации;

принимая во внимание обязательства всех государств, вытекающие из пункта 1 статьи 46 Конвенции, подчиняться решениям Суда, включая принятие общих мер для предотвращения новых нарушений Конвенции, подобных выявленным в постановлении Суда;

подчеркивая, что необходимость принятия таких мер тем более существенна, что постановление выявило наличие организационных проблем, которые могут явиться причиной возникновения новых подобных нарушений Конвенции;

предложив Российской Федерации проинформировать Суд о принятых или принимаемых мерах по результатам настоящего постановления;

с удовлетворением отметив, что государство-ответчик выплатило заявителю оговоренную в постановлении сумму вовремя, 17 декабря 2002 г.;

проверив информацию российских властей о мерах, предпринятых к настоящему моменту, предпринимаемых или планируемых для предотвращения новых нарушений, подобных выявленным (данная информация приведена в приложении к данной резолюции);

отметив, что общие меры, необходимые в связи с данным постановлением, тесно связаны с предстоящей уголовной реформой и реформой пенитенциарной системы Российской Федерации, и приветствуя достигнутый в этой области прогресс;

с удовлетворением отмечая, в частности, существенное снижение наличия переполненных помещений в следственных изоляторах (СИЗО) и обеспечение улучшения санитарных условий, что видно из последних статистических данных, представленных Комитету Министров российскими властями (см. приложение);

осознавая, однако, что для решения организационных проблем, выявленных в данном постановлении, в этой области требуется принятие дальнейших мер;

подчеркивая, в частности, важность четких мер российских властей для ликвидации переполнения помещений в СИЗО, там, где эта проблема сохраняется (57 из 89 российских регионов), и исправления санитарных условий заключения в соответствии с требованиями Конвенции,

призывает российские власти продолжить и усилить предстоящую реформу в целях улучшения условий во всех пенитенциарных учреждениях в соответствии с требованиями Конвенции, и, в частности, так, как оговорено в постановлении по делу Калашникова, для предотвращения новых подобных нарушений;

предлагает властям продолжать информировать Комитет Министров о конкретных фактах улучшения ситуации, в частности, представляя соответствующие статистические данные о переполненности, о санитарных и медицинских условиях в следственных изоляторах;

постановляет рассмотреть на одном из своих заседаний не позднее октября 2004 г. наличие дальнейшего прогресса в принятии общих мер, необходимых для эффективного предотвращения данного вида нарушений Конвенции.

Приложение

к резолюции ResDH(2003)123

Информация, представленная Правительством Российской Федерации при рассмотрении дела Калашникова Комитетом Министров

Что касается условий предварительного заключения, Правительство полностью осознает наличие организационных проблем, выявленных в постановлении по делу Калашникова, и настроено исправлять их в соответствии с обязательствами России, вытекающими из Европейской конвенции, как оговорено в постановлении Суда. Эта решимость была продемонстрирована, помимо прочего, в ряде конкретных мер, предпринятых как до, так и после вынесения постановления по делу Калашникова 15 июля 2002 г.

Правительство ссылается, в частности, на две крупные реформы, которые уже обеспечили существенное улучшение условий предварительного заключения и последовательное соблюдение требований Конвенции:

новый Уголовно-процессуальный кодекс, вступивший в силу 1 июля 2002 г., обеспечил существенное сокращение числа обвиняемых, находящихся в заключении в ожидании суда, в частности, за счет передачи судам полномочий о вынесении постановлений о заключения под стражу и введения более жестких критериев, допускающих заключение под стражу до суда. Так, среднее число подследственных, заключаемых под стражу в месяц, сократилось с 10 тыс. в 2001 г. до 3700 в сентябре-октябре 2002 г. В результате общее число содержащихся под стражей сократилось со 199 тыс. в октябре 2001 г. до 137 тыс. в октябре 2002 г., обеспечив, таким образом, существенное сокращение переполнения помещений следственных изоляторов (СИЗО);

Федеральная целевая программа "Реформирование уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации на 2002 - 2006 годы", утвержденная постановлением Правительства РФ от 29 августа 2001 г., предусматривает строительство новых следственных изоляторов (СИЗО) на 10130 мест и реконструкцию большого числа существующих, с перспективой улучшения, помимо прочего, санитарных условий содержания в заключении. В 2002 г. в российских СИЗО было создано 838 новых мест.

В результате указанных мер размер санитарной площади в расчете на одного заключенного увеличился к 1 января 2003 г. до 3,46 кв.м. Предусмотрено дальнейшее улучшение. В 32 из 89 российских регионов число лиц, содержащихся в предварительном заключении, больше не превышает предельных норм, установленных для следственных изоляторов.

В ноябре 2002 г. Министерство юстиции РФ опубликовало в своем ведомственном сборнике ("Ведомости УИС", N 8/2002) отчеты Европейского Комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (ЕКПП) по результатам посещения мест заключения, находящихся в ведении этого министерства (т.е. учреждений предварительного заключения и тюрем). Правительство считает, что данная публикация будет очень полезной для исправления в тесном сотрудничестве с ЕКПП условий предварительного заключения в соответствии с требованиями Конвенции.

Что касается превышения сроков предварительного заключения и уголовно-процессуальных действий, российские власти указали, что новый Уголовно-процессуальный кодекс является хорошим средством предотвращения новых подобных нарушений, поскольку он передает в ведение судов всю полноту полномочий назначать и продлевать предварительное заключение и вводит более строгие сроки проведения расследования и судебного разбирательства (см. статьи 109, 162, 255).

Кроме того, по результатам постановления по делу Калашникова Заместитель Председателя Верховного Суда РФ 5 сентября 2002 г. разослал циркулярное письмо во все районные и республиканские суды Российской Федерации, указывая на наличие необоснованных процессуальных задержек, лежащих в основе нарушений, выявленных Судом в деле Калашникова. В циркуляре подчеркивается, что постановление по делу Калашникова имеет значение прецедента, за которым последуют очень серьезные последствия, поскольку оно отражает позицию Суда по важному вопросу, касающемуся основополагающих прав лиц, подвергаемых уголовному наказанию, в том числе права на разумный срок процессуальных действий. В конце циркуляра содержится призыв ко всем судам обеспечивать строгое соблюдение сроков, установленных Уголовно-процессуальным кодексом для расследования и судебного разбирательства, и предотвращать необоснованные процессуальные задержки.

Кроме того, Правительство РФ обеспечило публикацию постановления по делу Калашникова (на русском языке) в официальной ежедневной "Российской газете" (от 17 и 19 октября 2002 г.), публикующей все законы и постановления в Российской Федерации. Постановление было опубликовано также в ряде российских юридических журналов и баз данных в Интернете, и стало, таким образом, доступным органам власти и общественности.

Учитывая широкое освещение постановления по делу Калашникова и его обязательную силу, Правительство РФ уверено, что отечественные суды будут применять постановление непосредственно: решения о заключении под стражу будут базироваться на законных основаниях, как того требует пункт 3 статьи 5 Конвенции; уголовно-процессуальные действия будут совершаться в разумные сроки, как того требует пункт 1 статьи 6 Конвенции.

Распоряжение Правительства РФ от 10 декабря 2002 г. N 1727-р

Во исполнение решения Европейского суда по правам человека от 15 июля 2002 г. по делу "Калашников против Российской Федерации" Минфину России выплатить в IV квартале 2002 г. Калашникову В.Е. за счет средств резервного фонда Правительства Российской Федерации средства (в рублях) в размере, эквивалентном 8000 евро по курсу Банка России на дату выделения средств, на компенсацию морального ущерба и возмещение судебных издержек.

Председатель Правительства

Российской Федерации М.Касьянов

Москва

10 декабря 2002 г.

N 1727-р

swin6 Пол:Муж

07-Сен-2009 20:03

Постановление Европейского Суда по правам человека от 09.07.2009 по делу «Юсупова и другие против России" (CASE OF YUSUPOVA AND OTHERS v. RUSSIA), жалоба № 5428/05.
Три заявительницы, мать, жена и дочь г-на Хасана Юсупова, живут в Ачхой-Мартане (Чеченская Республика).
Утром 15.11.2002 г-н Юсупов, гражданский служащий военной комендатуры Ачхой-Мартана, и два других служащих этой комендатуры поехали в Ханкалу в военную прокуратуру, и с тех пор о них нет никаких вестей.
Заявительницы пожаловались в ЕСПЧ на нарушение статей 2, 3 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод вследствие непроведения внутренними властями эффективного расследования обстоятельств исчезновения г-на Юсупова.
Европейский Суд постановил, что было нарушение ст. 2 Конвенции и присудил заявительницам 8.000 евро компенсации нематериального вреда и 3.500 евро – в возмещение расходов по делу.

Решение Европейского Суда по правам человека от 03.07.2009 относительно приемлемости жалобы № 13255/07 (Грузия против России (I) - GEORGIA v. RUSSIA (I)).
26.03.2007 Грузия подала согласно ст. 33 «Межгосударственные дела» Конвенции о защите прав человека и основных свобод жалобу в ЕСПЧ против Российской Федерации.
Европейский Суд по правам человека решил провести устное слушание относительно приемлемости жалобы. Слушание состоялось 14.04.2009.
Дело касается имевших, как утверждается, место притеснений грузинских иммигрантов в России, последовавших за арестом в Тбилиси 27.09.2006 четырех российских сотрудников по подозрению в шпионаже.
Государство-заявитель утверждало, что в качестве реакции на указанный инцидент официальные российские власти допустили или создали административную практику, включающую в себя, в частности, арест, заключение под стражу и высылку грузин из России осенью 2006, и повлекшую нарушение статей 3, 5, 8, 13 и 18 Конвенции и статей 1и 2 Протокола № 1, статьи 4 Протокола № 4 и статьи 1 Протокола № 7.
Российские власти возражали против утверждений грузинских властей. Они утверждали, что события вокруг ареста в Тбилиси четырех российских служащих и их последующее освобождение не имело связи (ни хронологической, ни по существу) с событиями, описанными грузинскими властями. Российские власти не предпринимали репрессивных мер против грузин, а в соответствии с Конвенцией и международными обязательствами России просто продолжали применять право, направленное на предотвращение нелегальной иммиграции.
По мнению ЕСПЧ предмет жалобы охватывает две различные жалобы: утверждения, касающиеся существования административной практики, и утверждения, касающиеся индивидуальных нарушений прав, гарантированных Конвенцией.
Жалоба признана приемлемой.

Постановление Европейского Суда по правам человека от 02.07.2009 по делу «Пухигова против России» (CASE OF PUKHIGOVA v. RUSSIA), жалоба № 15440/05.
Заявительница живет в Урус-Мартановском районе Чеченской Республики.
Около двух часов ночи 12.02.2001 примерно двадцать вооруженных автоматами и снайперскими винтовками человек ворвались в дом заявительницы, обыскали его и забрали с собой г-на Салмана Абдулазизова, мужа заявительницы, после чего заявительницы больше мужа не видела.
Заявительница пожаловалась в ЕСПЧ на нарушение ряда положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Европейский Суд постановил, что были нарушены следующие статьи Конвенции:
ст. 2 в отношении Салмана Абдулазизова;
ст. 2 в отношении непроведения эффективного расследования обстоятельств исчезновения Салмана Абдулазизова;
ст. 3 в отношении заявительницы в связи с ее душевным и эмоциональным страданием;
ст. 5 в отношении Салмана Абдулазизова;
ст. 13 во взаимосвязи со ст. 2.
ЕСПЧ присудил заявительнице 35.000 евро компенсации нематериального вреда и 4.757 евро в возмещение расходов по делу.

Постановление Европейского Суда по правам человека от 25.06.2009 по делу «Бахмутский против России» (CASE OF BAKHMUTSKIY v. RUSSIA), жалоба № 36932/02.
Заявитель в настоящее время отбывает наказание в исправительной колонии в Ростовской области.
Заявитель пожаловался в ЕСПЧ на ужасающие условия содержания под стражей в следственном изоляторе в Ростове-на-Дону и исправительной колонии в Константиновске, Ростовской области; незаконность его предварительного заключения; чрезмерную длительность содержания под стражей до суда; нерассмотрение его жалобы на продление срока содержание под стражей; чрезмерную длительность рассмотрения его уголовного дела; нарушение его права на подачу жалобы в ЕСПЧ; а также на иные нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
Европейский Суд по правам человека признал жалобу частично приемлемой, постановил, что были нарушены статьи 3, 5 (пункты 1, 3 и 4), 6 (п. 1) и 13 Конвенции, и присудил заявителю 40.000 евро компенсации нематериального вреда и 2.600 евро компенсации расходов по делу.

Постановление Европейского Суда по правам человека от 18.06.2009 по делу «Вдовина против России» (CASE OF VDOVINA v. RUSSIA), жалоба № 13458/07.
19.08.1999 против заявительницы был подан иск в связи со спором о наследстве. Окончательным судебным решением от 02.08.2007 в иске было отказано.
Заявительница пожаловалась в ЕСПЧ на нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод длительностью судебного разбирательства и ст. 13 Конвенции отсутствием в России суда, в который можно было бы подать жалобу на чрезмерную длительность судебного разбирательства.
ЕСПЧ постановил, что было нарушение п. 1 ст. 6 и ст. 13 Конвенции и присудил заявительнице 3.600 евро компенсации нематериального вреда.

18-Ноя-2012 18:37

Топик был перенесен из форума Процесс в форум Архив


dj_maxx
 

Яндекс.Метрика powered by Sphinx


В Н И М А Н И Е
Сайт не распространяет и не хранит электронные версии произведений, а лишь бесплатно и без коммерческой выгоды (не требуя взамен платы,
SMS и т.д.) предоставляет доступ к создаваемому пользователями каталогу ссылок на торрент-файлы, которые содержат только списки хеш-сумм.
Убедительная просьба с жалобами обращаться напрямую к пользователю, разместившему торрент файл.

Вверх